Ольга Арефьева и группа Ковчег

Театр KALIMBA

Как работает танго

Среди прочих танцев, в которых я всего лишь увлеченный или увлекавшийся в прошлом любитель, я уже много лет занимаюсь аргентинским танго. С частным преподавателем, в режиме внутренней практики. На вечеринки-милонги ни разу не ходила, мои занятия — длительный и внимательный разбор механики балансов и выстройки тела. Так, чтобы оно срабатывало от тончайшего управления партнера как флюгер от ветерка: прямой, скользящий и сбалансированный. Чтобы двигалось туда, куда ведут, и так, как ведут, ничего не добавляя от себя и ничего не предсказывая и не придумывая. Партнер в танго тоже практикуется во внятности и абсолютной однозначности своего движения. Ему вдвойне приходится изучать механику и балансы, и все тоньше и точнее строить себя и парное взаимодействие. Думать и строить сложное движение, просчитывая балансы за двоих. У хороших пар управление становится всё более тонким, без применения усилий. Тогда получается весьма волшебный диалог.



Это довольно трудно — психика стремится «читать» партнера, а тело интерпретирует то, что прочитало, и автоматически начинает действовать соответственно. И как неожиданно бывает спотыкаться, когда партнер, оказывается, вел не туда и задумал не то.
Интересно психика наша устроена: рвется додумывать за собеседника. В запущенных случаях вместо беседы с человеком ненавязчиво начинается общение с голосами в своей голове. Как это работает — можем в изобилии наблюдать в интернет-дискуссиях. Любуемся массой непониманий, приписываний, проекций и дискуссий с воображаемым собеседником. А живой собеседник, пытающийся вести вменяемую дискуссию (или ведущий в ответ свою невменяемую) офигевает: ему отвечают на то, чего он не говорил и не имел в виду, его вдруг обвиняют невесть в чем, оскорбляют невесть за что в стиле «один про Фому, другой про Ерёму». Притом, даже не в устной беседе, а в письменной, где, казалось бы, всё видно и можно перечесть. Укротить этот механизм очень трудно. Умение слушать — это сосредоточение на происходящем здесь и сейчас, привычка постоянно останавливать свои интерпретации и ждать реального сигнала. В случае танго это длительная, многолетняя концентрация на теле, ощущении партнера и ритме музыки.
Эта практика продолжается у меня уже лет десять, хотя занимаемся редко.

Так вот, о чем я хотела на самом деле рассказать. Заметила в процессе, что музыка танго не надоедает. Речь о классических, может даже архаичных, записях. Чтобы было понятнее: это примерно так, как если бы мы сейчас проводили досуг исключительно под Петра Лещенко. То есть, вся музыка танго, которая была после, этого не достигла. Шипящие записи с немного смешными баритонами-тенорами прошлого века остались непревзойденными в танго и востребованы в ежедневной практике.
И я, как музыкант, периодически думаю: как же они добились такого уровня? Там настолько тонкая нюансировка и четкая ритмическая оркестровая пульсация, притом, без ударных инструментов и, недайбох, метронома. У музыкантов какой-то особый исполнительский класс, который сейчас не встречается. Сама музыка изменилась и подходы к ней. Притом, современные интерпретации танго — например, записи Пьяццолы — они слушаются блестяще, цепляют мгновенно и куда более популярны. Но… Они сразу же надоедают. Вот как 17 лет назад услышала, пришла в восторг, и 17 же лет назад надоело. И сейчас если в танго-подборку вдруг вклинивается современное исполнение, я буквально спешу немедленно переключить. Это другая энергия, куда более броская, но и более грубоватая и навязчивая. Так я и не поняла, в чем секрет. Просто продолжаю бесконечно наслаждаться, танцуя танго. Кстати, если не танцевать, то танго-музыку сразу хочется убрать, заменить на другую: как фоновая или как музыка для слушания она мне не подходит. Надо именно танцевать. Она заводит физически, она спаяна с этим типом движений в единый симбиоз, это одно и то же, вот что я поняла. А вот тут вдруг увидела образец того, как она играется.

18 марта 2018
Из ЖЖ Ольги Арефьевой