Ольга Арефьева и группа Ковчег

Театр KALIMBA

Она сделала шаг

Клип. Осень 1996 — лето 1997.

Режиссёр Сергей Зюзельков
Оператор Валентин Миронов
Помощник оператора Пётр Мудрёнов

Подробнее

Передача «Программа А» на Первой программе центрального телевидения

Живой концерт в передаче «Программа А» на Первой программе ЦТ. Апрель 1995.

Дорога в рай

На хрена нам война

Андеграундный рай

Время назад

Каждый шаг через больно, На хрена нам война, Дорога в рай, Андеграундный рай

«Регги-Ковчег» в «золотом» составе: Ольга Арефьева (голос, гитара), Всеволод Королюк (барабаны), Игорь «Сталкер» Вдовченко (гитара), Михаил Трофименко (бас), Борис Марков (перкуссия). На подпевках поучаствовала Ксения Чекулаева.

Фан-видео

По просторам интернета гуляет довольно много клипов на песни Ольги Арефьевой, сделанных поклонниками самостоятельно на материале мультфильмов, фильмов или собственных съемок. На этой странице мы собрали небольшую коллекцию на свой вкус.

Подробнее

Юрмала 87

Ольга Арефьева: Это довольно муторная история. Я была юной, наивной и надеялась на какую-то правду. Тогда я впервые столкнулась с мурлом масс-культуры, цензуры и официальной лжи. Конкурсы на местах состояли в том, что их проводили местные телевидения, а материалы отсылали в Москву. Из свердловских участников в итоге московские редакторы выбрали именно меня. И когда я начала с ними общаться по междугороднему телефону, мне начали аккуратно, но с железобетонной настойчивостью навязывать свои правила игры. Надо было выбрать, что петь, но они не хотели серьезных песен, и вообще песен хоть с каким-либо смыслом. Я как Дон Кихот бросалась на мельницу, а мне повторяли разными словами одно и то же «нет» и объясняли его какими-то бесконечными «но». В итоге меня это страшно измотало, да и редакторов, как я понимаю, не меньше. Затяжной-затяжной дурной сон с непрерывным спором. Мой педагог меня поддерживал, спасибо ему. В итоге получился компромисс — одну песню я пою, какую хочу, — под рояль была очень красивая песня Александра Пантыкина из группы Урфин Джюс, одну — которую хотели они, своего протеже-композитора. В гала-концерт победителей они, конечно, взяли «свою» — тря-ля-ля ни о чем. А после конкурса от нервной перегрузки я на некоторое время потеряла голос, потом попала в больницу с воспалением легких. И времена-то еще внешне были относительно приличные — тогда еще не было принято, как сейчас, открыто совать проплаченных победителей и не скрывать свои коммерческие и идеологические цели. Конкурс был настоящий, оркестр настоящий, выступления были живые, эфир прямой всесоюзный (можете сейчас такое представить?), а участников и вправду собирали изо всех краев и республик. Все подавалось под видом культуры. Но внутри смысл был тот же, велась жесткая обработка — это нельзя, то нельзя, нужно попроще и повеселее. Зато родители были очень рады за меня — шутка ли, лауреат всесоюзного конкурса, их дочку центральное телевидение показывает. Они до конца так и не поняли эту веселую систему. Родственники до сих пор передают мне через родителей: «Ну почему она не споет ХОРОШУЮ песню, чтобы ее по ТЕЛЕВИЗОРУ показывали?!»

Из интервью Журналу Fuzz