Ольга Арефьева и группа Ковчег

Театр KALIMBA

Бибиш. Танцовщица из Хивы, или История простодушной (фрагмент)

Посылать ли вам эту книгу — сомневалась некоторое время. Это и не литература как будто, а дневник малограмотной «чучмечки», как она себя неоднократно называет. Примитивизм, доросший до стиля. Отсутствие слога, наивная философия, детская простота речи женщины, которая не говорила по-русски до зрелого возраста. Но что правда, то правда — открыв книгу, невозможно её закрыть, не дочитав. И почти всё время находишься в напряжении и даже в ужасе. Нет, это не книга кошмаров, это будни. Жизни этой простой восточной женщины, опутанной нищетой и предрассудками окружающих, хватило бы на много книг — каждая её история может стать отдельным сюжетом. Но ей некогда рефлексировать — за одним несчастьем немедленно сыплется ещё пять, а ей приходится выживать с детьми на руках, торгуя на рынке. При всём том авторша не растеряла оптимизма и человеколюбия.
Книга — участник конкурса «Национальный бестселлер».
Тот кусочек текста, который собираюсь вам послать, нашла в единственном месте интернета, www.kniga.com.
В конце помещаю замечательное интервью с Бибиш питерской журналистки Марии Кингисепп. Вначале я прочитала его, а потом мне уже захотелось найти саму книгу.

Ольга Арефьева

Расскажу вам о себе, чтобы немножко душу облегчить. Думаю, что вы обязательно прочтете мою проклятую историю. Надеюсь на это.

Я сама с Востока, да. Родилась в Узбекистане, недалеко от Хивы, в одном очень религиозном местечке со своими беспощадными, суровыми законами, обычаями, дурными и чудными взглядами на жизнь.

Есть легенда, откуда произошло название Хива. Один старый человек долго бродил по пустыне в поисках воды, очень хотел пить. И нашел наконец колодец. Напившись воды, он воскликнул: «Хей вах!» От удовольствия. Потом вокруг колодца вырос город, который называли Хивак, а потом стали говорить просто Хива. А раньше, почти две тысячи лет назад, здесь было древнее государство Хорезм.

Когда-то, до Октябрьской революции, у нас было ханство, а в России были цари и императоры. Вы, конечно, об этом знаете. Так вот, у хивинского хана было много рабов из разных стран. Они все тяжело трудились у него. Одним из таких рабов был отец моей мамы, которого привезли еще ребенком из Ирана.

Что хотелось бы добавить про Хиву: у нашего вождя бывшего, Ленина, был один-единственный орден, который ему дали мои земляки, хивинцы. Больше у Ленина никаких орденов и медалей не было.

Да, родилась я в маленьком кишлаке, из которого даже минареты Хивы можно было увидеть. Но ужас в том, что люди там, как я уже сказала, страшно религиозные были, сурово соблюдали законы, кругом наговор и сплетня!

У маминого отца была кличка Курбан-кул, что в переводе означает «раб Курбан». Он служил хану до самой революции. Ухаживал за верблюдами, кормил их. Пастухом был. Когда в 1917 году Октябрьская революция случилась, Красная армия освободила рабов. Но дед не смог уехать к себе на родину, в Иран, а остался в кишлаке и женился на узбечке, на моей бабушке. У них родилась девочка — моя мама и ее семь братьев и сестер. Мама выросла и, когда ей исполнилось восемнадцать лет, вышла замуж за моего папу. Но об этом позже будет рассказ.

Вам, наверно, интересно узнать, почему меня так зовут — Бибиш. Полное мое имя Хаджарбиби. Хаджар от слова «хадж» — паломничество. Каждый благочестивый мусульманин, если он в состоянии, должен хотя бы раз совершить в Мекку или Медину паломничество.

Дедушку моего отца звали Исхак Охун, он учился в медресе, был в кишлаке имамом. А отец Охуна был секретарем у хивинского хана.

Охун пешком ходил в Мекку, чтобы совершить хадж. А когда вернулся, самым праведным человеком считался в кишлаке. И сказал он моему отцу, который тогда был совсем маленьким мальчиком:

— Внук мой, когда ты женишься и родится у тебя девочка, назови ее в честь моего паломничества, и пусть она будет такая же святая, как хадж.

Вот так и родилась — Хаджар! А Биби — госпожа, женщина. Так что полностью получилось Хаджарбиби. Но чаще меня в детстве Хаджар звали. А когда меня в первый раз моя будущая свекровь увидела, то сказала: «Какое длинное имя — Хаджарбиби, пока скажешь — сто лет пройдет. Давай, ты будешь просто Бибиш!» Так осталась я Бибиш для всех.

Моя мама родила девять детей. В 1978 году в течение одного года двое моих братьев и сестра умерли от разных болезней. И мы в семье шестеро остались. А тем, которые умерли, — одному было двенадцать лет, девочке два года, и младшему братишке всего лишь семь дней. Мне так жалко их.

Жили мы очень бедно. Отец был учителем в местной сельской школе. Мама нигде не работала. Только в сезон собирала хлопок в колхозе.

Мама была очень красивая, косы были длинные, до пяток, густые и черные. Я помню ее лицо, гладкое, с блестящей кожей. Все соседи и знакомые спрашивали у нее, в чем секрет. Еще помню, отец нас в город забирал на велосипеде (у отца только и был что велосипед, из частей разных велосипедов собранный). Отец нам всегда на базаре покупал яблоки подгнившие и дыни. Сейчас я его понимаю, почему он так делал, — денег вечно не хватало, чтобы нас прокормить.

Мы жили в таком местечке, где ветку в землю воткнешь, она и расцветает, и плоды дает. Но вот в чем дело — мой отец, кроме школы, где учил детей русскому и арабскому языкам, занят был только книгами. Кроме книг, его ничего не интересовало. И до сих пор так. Сейчас он не только в очках, но еще и с лупой читает. Все свободное время он читает. Поэтому в нашем саду, кроме камышей и травы, ничего не росло и не растет.

Сейчас я переехала в Россию. Здесь себя чувствую свободной и вольной, хотя и в России свои трудности. Ну, что делать… Можно терпеть и можно жить. У меня уже есть много хороших друзей и знакомых. Все они ко мне по-доброму относятся. Морально поддерживаем друг друга. Врагов нет: я ни с кем не ругаюсь — не умею ругаться. А зачем ругаться? Себе и другим портить настроение. Жизнь и без ссор короткая.

Так что живу хорошо, хотя без своего жилья. Ну, ничего страшного. Постепенно все образуется. Надеюсь на это!

Сейчас буду рассказывать о самом тяжелом, что в моей жизни случилось. (Хотя оказалось, что еще страшнее вещь в моей жизни потом произошла!)

Уже почти тридцать лет минуло с того дня, и все годы я это воспоминание при себе держала. Никогда ни с кем не поделилась, боялась кому-нибудь рассказать об этом.

Вот моя проклятая история, история, которую никому, даже своему врагу, не пожелаю. Пусть все будут счастливыми!

Как-то летом (мне было тогда восемь лет) я спросила у мамы, можно ли мне пойти к бабушке (маминой маме) и побыть у нее несколько дней. Мама разрешила. И я пошла. Бабушка жила от нас километра за три. Мы всегда ходили к ней пешком: или я одна, или с братом, иногда ходили вместе с родителями.

Вот вышла я на дорогу. И иду. Лето, жарко. Если вы в наших краях бывали, то знаете, что такое наша жара. Иногда температура поднимается до 40-45 градусов.

У меня, как у мамы, густые и длинные косы до пят росли. Сама была пухленькая.

В кишлаке все завидовали, что у меня длинные косы! Мама всегда ухаживала за моими волосами: мыла кефирной сывороткой, расчесывала.

И вот иду. На дороге люди редко встречались. Пройдет один-другой с ишаком, и все. Оглянулась я назад, вижу — издалека едет огромная машина, наверное «газик». Машина остановилась. Выскочил мужчина и — хоп! — меня схватил и сразу в кабину бросил. А там, в кабине, еще двое мужчин сидели. Я начала плакать. Тогда один из них закричал:

— Заткнись, а то сейчас получишь!

Я испугалась и рыдала тихо, без звука. Сердце у меня так сильно билось! Машина ехала с большой скоростью. Один из мужчин обнимал меня все время, к себе прижимал и говорил:

— Надо же, она еще молоком пахнет. Нам повезло — свежая, дар небес!

Долго ехали и заехали далеко в пустыню. Кругом я видела только пустыню. Уже была вторая половина дня. Шофер остановил машину очень далеко от трассы. И там, где машина остановилась, рос редкий колючий кустарник.

Они оставили меня возле машины и отошли в сторону. Долго спорили друг с другом о чем-то. Кричали, ругались. Я ничего не понимала из того, что они говорили. Потом они сидели и что-то курили. Потом начали смеяться, как сумасшедшие.

Я от испуга не знала, что делать. И решила бежать куда глаза глядят. Сама не знала, куда я бегу, ничего не соображала. Они бросились за мной, поймали и начали избивать. Один начал душить меня моими косами и кричать:

— Куда ты бежишь! Трясешься! От холода, что ли? Иди ко мне! Можешь кричать, здесь тебя никто не услышит!

Они избили меня, а потом один держал своей рукой мои руки, а волосы мои обмотал на свободную руку и тянул к себе, чтобы я не могла вырваться. Другой начал срывать с меня платье и штаны наши национальные, балаклы-иштан которые называются. Я стала громко плакать — очень больно было, когда он за мои волосы, обмотанные на руку, к себе тянул. Ужасно было больно!

Один говорит:

— Смотрите, у нее даже сисек нету!

Другой:

— Ну давай, не тяни, время уходит.

— А если не выдержит?

— Тогда дай я сам. Не бойся, если не вы держит — в пустыне места много, подожжем и закопаем. Давай, если не хочешь, отойди в сторону!

Тогда один из них со всей силы навалился на меня, и я потеряла сознание. Что со мной сделали — это только одному Богу известно Так издевались надо мной, что слов нет описать все это. Беспощадно изнасиловали меня Оттого что я не двигалась и не реагировала, они, наверное, думали, что я уже мертвая. Испугались, видно, и закопали меня в песок. Потом уехали.

Не знаю, почему не сожгли меня, как собирались. Может, у них спички кончились. Может, растерялись и решили, что закопают и достаточно. Трудно сказать, о чем они думали после моей «смерти». Они поспешили и не слишком глубоко закопали меня в песок. Слава Богу! А сколько времени прошло, пока лежала, похороненная в песке, не помню.

Песок был очень горячий. Наверно, поэтому пришла в себя. Двинуться сначала не могла. Глаза чесались от песка, и во рту был сплошной песок. Еле-еле выползла. Очень пить хотелось. Больше ничего. Во всем теле была адская боль от издевательств и побоев.

Мои изорванные штанишки так там в песке и остались. Потом я шла под палящим солнцем. Мухи и слепни искусали меня всю. А ночью было очень страшно. Все змеи и ящерицы ночью выползают. Ничего нет в пустынях ночью страшнее ядовитых змей и ящериц! Мне без них хватало своих болячек: все тело в нарывах было от укусов насекомых.

То в себя прихожу, то теряю сознание. Почти глаз не открывала от страха. Только без конца плакала и звала на помощь, но никто не услышал меня.

Весь день, пока мучила жара, воды хотелось. Но где ее взять, воду! А к ночи устала, легла, на небо смотрела, звездочки считала и уснула. И во сне думала только о воде. Правда, и есть тоже очень хотелось.

Наутро встать попыталась, но ничего у меня не получилось, потому что сил не было. Встану и упаду, равновесия не могла держать. Так и осталась лежать. А куда мне двигаться? Тени нигде не видно. Укрыться негде. Пустыня кругом голая…

Днем стадо прошло рядом с тем местом, где я лежала. Вдруг я чувствую, кто-то своими пальцами глаза мне открывает. Смотрю, старик пастух надо мной стоит и проверяет — жива я или нет. Он меня пытался поднять, а я без конца падала. Я очень стыдилась того, что была без штанишек, на ноги платье натягивала и горько плакала. Наконец, он меня поднял, потом отдал мне свою палку, одной рукой меня поддерживал и так потащил меня. И шли мы долго, потому что я без конца падала. Сил не было идти.

Он меня отвел в свой шалаш, дал мне из кувшина водички, а то я уже думала — вот-вот умру без воды. Пусть и теплая, но все же вода была.

Потом он с моей головы этой водой смыл песок. Страшно было на меня смотреть. У меня на руках и на ногах болячки от укусов насекомых нагноились и сильно болели. Ночью я без конца вставала и пила теплую воду. Потом забывалась сном и бредила. Температура была высокая, наверно, потому что все мое тело сводило судорогами. И я все плакала, ничего не говорила, только слезы текли.


http://www.blogslov.ru/date.php/2005/11/21/21_02-45-35.xml

Бибиш: У меня идет самовыживание

Во второй книге Бибиш со свойственной ей прямотой написала про то, как после небывалого писательского успеха ее совершенно замучили журналисты. Большой успех и публичная жизнь чуть было не сделали ее философом. Недавно Бибиш приезжала в Петербург «для завершения издательских работ». Она уже не пишет в тетради, а осваивает компьютер, хотя по-прежнему говорит с сильным акцентом, а ее тексты «с тоннами ошибками, поскольку я импортная». Она шустро пользуется Интернетом, хотя случается, что «не то клавиши нажала, и улетела половина письмо, бывает». Она знакома со звездами, но так и не решила квартирный вопрос. А еще Бибиш сочиняет новые книги.

— Бибиш, можно взять у Вас интервью?

— У меня все время просят… Вам тоже дам, если будет добрая статья. Я вообще люблю добрые статья. У меня один раз вышла не очень хорошая статья в одной газете. Немножко они переборщили. Ну, ничего, все прошло. И теперь задавайте мне вопросы, я буду отвечать, ладно. Что вас интересует, что хотите узнать?

— Где Вы сейчас живете, чем занимаетесь? Что делают муж и дети?

— Я существую пока во Владимире, но проживаю тут последние дни: наверное, уеду куда-нибудь, ведь я — скиталец. Работаю тренером в спортивно-оздоровительном комплексе для железнодорожников, у меня своя «Студия Бибиш». Обучаю восточные танцы, которые сейчас стали востребованными — афганский, иранский, арабский, турецкий и узбекский. Я сама должна помогать моим детям, потому что у меня муж — экземпляр флегматозный. Он стоят на рынке, как прежде. Старший сын учится в строительном колледже на первом курсе, слава богу, поступил на бесплатную обучению, и теперь я немножко спокойная за него. Наверное, он решил нам построить дом, которого у нас нет. Он играет в мини-футбол, любит компьютер. Очень добрый мальчик, рассеянный. Половина свои вещи забывает повсюду. Я ему говорю: «Не забывай фундамент поставить, а то дом провалится». А он отвечает: «Мама, обижаешь!» Второй сын учится в восьмом классе. Занимается разными видами спорта: дзюдо, рукопашный бой. Он очень красивый, аккуратный, но гордый, даже чересчур. С ним трудно. Сколько ругаюсь: «Не ходи как петух!» Что-то достигнуть он хочет, но что, пока сам не знает.

— О чем будет Ваша новая книга?

— Новая книга — это новая история из жизни простодушной, только здесь я писала больше размышления, поскольку в первой книге не было для них места, а только одни переживания. И по психологическому воздействию книга двойнее сильнее, чем первая. Вы будете хотя бы два раза плакать. Может быть, чаще. Там есть такие эпизоды, что вы будете себя и свою жизнь вспоминать. Про моего младшего брата написала: у него недавно пятая книга вышла, он поэт-песенник. Но беда: его песни берут, они тут же хитом становятся, исполнители — не просто халтурные, а именно заслуженные артисты Узбекистана: в мерседесе ездят, а брату дают копейки. И так каждый раз, потому что он не защищен. Он бедно жил в Ташкенте. Еще в книге много притчи и легенды из жизни человечества. Подождите немножко, книга скоро выйдет, она уже на носу.

— В каких передачах и ток-шоу Вы принимали участие?

— Участвовала в разных передачах и ток-шоу — и на местном, и на Центральных телевидениях. Участвовала «Принцип Домино», ведущие были Елена Ханга, Елена Старостина. «Пять вечеров», ведущий Андрей Малахов. «Частная жизнь», ведущие Владимир Молчанов и Лика Кремер. Два раза давала интервью «ВВС». Из Праги звонили, сказали, что радиостанция «Свобода», для них тоже два раза давала интервью. Еще ВГИК снимал фильм про меня четыре месяца, называется «Чурка». Режиссер Юлия Панасенко. У нее успехи большие, пока она лидерствует во ВГИКе по этому фильму.

— Ну и как, понравилось Вам со звездами общаться?

— Некоторые с именами не хотят новеньких брать к себе. Я ведь раньше за кадром смотрела на них как на своих кумиров. А теперь мы с ними в кадре стали как в одной варке вариться. Каждый человек в своем репертуаре, тем более на телевидении. Поэтому воздержусь ответить.

— Будет ли презентация книги «Ток-шоу для простодушной»?

— Да, будет презентация. Меня там будет или нет, не знаю, потому что у меня идет самовыживания. Я не хотела бы на публику работать: толк какой? Смотрите: премия «Нацбест» прошлый год была, три человека лидеры — Дэн Браун, Пелевин и я. Им много денег дали, мне ничего не дали. Нет, на писательский труд в России не проживешь Ко мне домой журналисты приезжают, один говорит: «Я тебе за границей такой пиар сделаю!» Недавно мне знакомая сказала, что ее друг приехал из Узбекистан удивленный и говорит: «Бибиш все узбеки знают! Там ее книгу до мельчайших подробностей изучают! Там Бибиш — фигура!» А в России я себе визитки сделала, написала в них: «Бибиш, писатель». А мне говорят: «Какой из тебя писатель? Ты — фено-омен!» А мне обидно: у меня две книжки есть, еще две пишу, разве я не писатель?..

— Чем еще хотите заниматься?

— Человек много что хочет, но не всегда получается, и мечтать уже вредно стало. У нас во Владимире работа «мизерная», поэтому я ищу работу реальную, чтобы поднимать на ноги своих детей. А еще у меня есть желания в свободное время использовать свою энергию для лечения людей от депрессии. Я раньше за это деньги не брала, и не считала нужным, потому что все были мои друзья, и с них брать деньги — это стыд для меня было. Когда я с ними беседовала, они забывали, что у них пять минут назад была проблемы. У меня нет никаких негативных энергий, а это самое главное, когда перед тобой сидит «умирающий лебедь». А, может быть, придется использовать те навыки, которые мне от деда-мага перешли. Но он был «широкопрофильным» лекарем, а мне легко удается только депрессию лечить. Что касается порча-морча, то такими вещами я не занимаюсь.

— Собираетесь ли Вы и дальше писать книги?

— У меня тонна наброски, тонна мысли лежат в бумагах, в дисках. Шесть тысяча штук — мои афоризмы и изречения. Мне хочется их целиком издавать отдельную книгу, если получится. И параллельно пишу третью и четвертую книгу. У меня пока получается лучше четвертая. Будет она называться «Письмо Диогену» или «365 дней с Диогеном». Опубликуется или нет, это уже неважно. Даже если после моей смерти будет опубликовано, я не буду обижаться. А сидеть сложа руки или болтать с кем и выбрасывать мысли на воздух мне просто жалко. Мне интересно двигаться дальше, творить, писать Между прочим, во Владимире в Педагогический университет на факультет психологии преподаватели мою первую книгу сделали для студентов «обязательная чтения». Вот такие дела.

Мария Кингисепп

Издательство Азбука, 2004 г.

http://www.kniga.com/books/docid.asp?a%5Fid=5%2F17%2F2004+4%3A48%3A36+AM%20&sku=A8787&dept_id=1030