Ольга Арефьева и группа Ковчег

Театр KALIMBA

С.Г.Кара-Мурза. Манипуляция сознанием (отрывок)

Эту книгу я читаю больше года, но не потому что она сложна. Читается легко и взахлеб. Но она велика, под 1000 страниц (читаю на букридере, там вообще 2800). И информация, в ней содержащаяся, настолько горька, что требуются паузы для осмысления. И все же давно рвусь послать ее в рассылку. Чем больше народу будет понимать, каким образом кукловоды дергают за нитки общественного сознания, какими ловкими комбинациями из трех пальцев целые страны и народы приводят к решениям для них невыгодным, опасным и разрушительным, да к тому же и необратимым — тем более мы будем вооружены против дальнейших манипуляций. И, может быть, сможем понять, как нам выбираться из лужи
Честно говоря, написанное в книге настолько шокирует, что я долгое время подозревала, что читаю какую-то подрывную запрещенную литературу. Ан нет! Сергей Георгиевич Кара-Мурза оказался известным человеком, профессором РАН, которого на самых высоких правительственных уровнях приглашают быть экспертом и лектором. Что не мешает другой рукой тому же правительству осуществлять масштабные проекты по манипуляции сознанием страны в деструктивных целях. Воистину, в удивительные времена мы живем.
Книга полезнейшая — и даже для тех, кто ненавидит политику. Она дает новый взгляд на множество событий, которым совсем недавно мы были свидетелями и участниками.
Как именно нас обманули, как сделали так, что в стране, которой было бесплатное образование, жилье, здравоохранение, в которой была промышленность и сельское хозяйство, социальные гарантии и отсутствие безработицы, позитивные человеческие ценности — всего этого не стало? Каким щелчком пальцев отключили логику и чувство самосохранения целого народа? Куда девалась наша победа в мировой войне? Куда девалась наша самостоятельность как страны? Почему наши природные ресурсы расхищаются кучкой проходимцев? Почему земля была общей, а теперь разгорожена заборами?
У Кара-Мурзы собственное суждение по вопросам российской истории и ее персоналиям. Не всегда общепринятое, всегда полемичное и страстно отстаиваемое. С какими-то его мнениями мы не согласимся, какие-то неожиданно повернут новой стороной устоявшиеся образы.
А прочитав книгу и со многим в ней не согласившись, мы все же выносим осадочек — в ней слишком много правды.
Для желающих яростной полемики — пожалуйста, ссылка на критику книги.
Хорошо об этой критике сказала Лена: «Еще не почитав саму книгу, а только полемику с ней, я уже поняла, что прав Кара-Мурза, а не критик».
Как бы то ни было, мы сейчас в жанре анонса не выясним правоту автора. Одно скажу — моя горячая рекомендация к прочтению. Дальше думаем сами.

Ольга Арефьева

…Но мы не будем о зомбировании, а поговорим о простой и реально существующей — здесь и сейчас — вещи, которая стала неотъемлемой частью нашей жизни в культуре и вообще в окружающей среде. О манипуляции сознанием и поведением человека с помощью законных, явных и осязаемых средств. Поговорим о той огромной технологии, которую используют согласно своим служебным обязанностям и за небольшую зарплату сотни тысяч профессиональных работников — независимо от их личной нравственности, идеологии и художественных вкусов. Это — та технология, которая проникает в каждый дом и от которой человек в принципе не может укрыться. Но он может изучить ее инструменты и приемы, а значит, создать свои «индивидуальные средства защиты».

Если же знание об инструментах и приемах манипуляции сознанием станет доступным для достаточно большого числа людей, то возможны и совместные акции сопротивления или, поначалу, акции защиты против манипуляции. Конечно, манипуляторы будут изобретать новые инструменты и новые приемы. Но это уже будет нелегкая и дорогостоящая борьба, а не подавление безоружного и беззащитного населения. И борьба ничтожного меньшинства (хотя и обладающего деньгами и организацией) против огромной массы творчески мыслящих, изобретательных людей. Сам переход к борьбе будет означать важный поворот в судьбе нашего народа, а может быть, и всего человечества.
В этой возможной борьбе России выпало особая роль и особое место. На нее вся современная технология манипуляции сознанием обрушена революционным способом, как обвал, с гротескными и кричащими результатами. Это, конечно, вызвало шок, но в то же время создало и важнейшее условие для попытки осмысления, а затем сопротивления. В других частях мира обволакивание человека «культурой манипуляции» было медленным, постепенным (Азия — особый случай, у нее есть сильные защитные средства). Там не было шока и таких страданий, как у нас.

…Миф об индивидууме неосуществим, человек возникает и существует только во взаимодействии с другими людьми и под их влиянием. Ребенок, воспитанный дикими животными (такие случаи известны и изучены), не становится красавцем Маугли. Он — не человек и выжить не может. Не становится человеком даже ребенок, изолированный матерью от других людей. Значит, заложенная в нас биологически программа поведения недостаточна для того, чтобы мы были людьми. Она дополняется программой, записанной в знаках культуры. И эта программа — коллективное произведение. Значит, наше поведение всегда находится под воздействием других людей, и защитить себя от этого воздействия каким-то жестким барьером мы в принципе не можем. Хотя и попадаются такие дубовые головы, которые пытаются это сделать. Какой же вид воздействия на наше поведение мы определим как манипуляцию?
Ясно, что само это слово имеет отрицательную окраску. Им мы обозначаем то воздействие, которым недовольны, которое побудило нас сделать такие поступки, что мы оказались в проигрыше, а то и в дураках. Если приятель на ипподроме уговорил вас поставить на лошадь, которая пришла первой, то, получая в кассе выигрыш, вы не скажете: «Он мной манипулировал». Нет, он дал вам дельный совет.
С другой стороны, не всякое воздействие, подчинясь которому, вы оказались в убытке, вы назовете манипуляцией. Если в темном переулке вам приставили нож к животу и шепнули: «Деньги и часы, быстро», то ваше поведение очень эффективно программируется. Но обозвать незнакомца манипулятором в голову не приходит. Какой же смысл мы вкладываем в это понятие?
Само слово «манипуляция» имеет корнем латинское слово manus — рука (maniрulus — пригоршня, горсть, от manus и рle -наполнять). В словарях европейских языков слово толкуется как обращение с объектами с определенными намерениями, целями (например, ручное управление, освидетельствование пациента врачом с помощью рук и т.д.). Имеется в виду, что для таких действий требуется ловкость и сноровка. В технике те приспособления для управления механизмами, которые как бы являются продолжением рук (рычаги, рукоятки), называются манипуляторами. А тот, кто работал с радиоактивными материалами, знаком с манипуляторами, которые просто имитируют человеческую руку.
Отсюда произошло и современное переносное значение слова — ловкое обращение с людьми как с объектами, вещами. Оксфордский словарь английского языка трактует манипуляцию как «акт влияния на людей или управления ими с ловкостью, особенно с пренебрежительным подтекстом, как скрытое управление или обработка».
Таким образом, термин «манипуляция» есть метафора и употребляется в переносном смысле: ловкость рук в обращении с вещами перенесена в этой метафоре на ловкое управление людьми (и, конечно, уже не руками, а специальными «манипуляторами»). Заметим, что с самого начала это понятие ограничивает понимаемый как манипуляция набор способов управления — им обозначается только управление с ловкостью и даже скрытое управление. Метафора манипуляции складывалась постепенно. Психологи считают, что важным этапом в ее развитии было обозначение этим словом фокусников, работающих без сложных приспособлений, руками («фокусник-манипулятор»). Искусство этих артистов, следующих девизу «ловкость рук и никакого мошенства», основано на свойствах человеческого восприятия и внимания — на знании психологии человека. Своих эффектов фокусник-манипулятор добивается, используя психологические стереотипы зрителей, отвлекая, перемещая и концентрируя их внимание, действуя на воображение — создавая иллюзии восприятия. Если артист владеет мастерством, то заметить манипуляцию очень трудно, хотя дошлые скептики смотрят во все глаза.
Именно когда все эти принципы вошли в технологию управления поведением людей, возникла метафора манипуляции в ее современном смысле — как программирование мнений и устремлений масс, их настроений и даже психического состояния с целью обеспечить такое их поведение, которое нужно тем, кто владеет средствами манипуляции.
Если выписать те определения, которые дают авторитетные зарубежные исследователи явления манипуляции (наши-то пока что ходят в подмастерьях, хотя на практике молодцы), то можно выделить главные, родовые признаки манипуляции. Во-первых, это — вид духовного, психологического воздействия (а не физическое насилие или угроза насилия). Мишенью действий манипулятора является дух, психические структуры человеческой личности.
Одной из первых книг, прямо посвященных манипуляции сознанием, была книга социолога из ФРГ Герберта Франке «Манипулируемый человек» (1964). Он дает такое определение: «Под манипулированием в большинстве случаев следует понимать психическое воздействие, которое производится тайно, а следовательно, и в ущерб тем лицам, на которых оно направлено. Простейшим примером тому может служить реклама».
Итак, во-вторых, манипуляция — это скрытое воздействие, факт которого не должен быть замечен объектом манипуляции. Как замечает Г.Шиллер, «Для достижения успеха манипуляция должна оставаться незаметной. Успех манипуляции гарантирован, когда манипулируемый верит, что все происходящее естественно и неизбежно. Короче говоря, для манипуляции требуется фальшивая действительность, в которой ее присутствие не будет ощущаться». Когда попытка манипуляции вскрывается и разоблачение становится достаточно широко известным, акция обычно свертывается, поскольку раскрытый факт такой попытки наносит манипулятору значительный ущерб. Еще более тщательно скрывается главная цель — так, чтобы даже разоблачение самого факта попытки манипуляции не привело к выяснению дальних намерений. Поэтому сокрытие, утаивание информации — обязательный признак, хотя некоторые приемы манипуляции включают в себя «предельное самораскрытие», игру в искренность, когда политик рвет на груди рубаху и пускает по щеке скупую мужскую слезу. В-третьих, манипуляция — это воздействие, которое требует значительного мастерства и знаний. Встречаются, конечно, талантливые самородки с мощной интуицией, способные к манипуляции сознанием окружающих с помощью доморощенных средств. Но размах их действий невелик, ограничивается личным воздействием — в семье, в бригаде, в роте или банде. Если же речь идет об общественном сознании, о политике, хотя бы местного масштаба, то, как правило, к разработке акции привлекаются специалисты или хотя бы специальные знания, почерпнутые из литературы или инструкций. Поскольку манипуляция общественным сознанием стала технологией, появились профессиональные работники, владеющие этой технологией (или ее частями). Возникла система подготовки кадров, научные учреждения, научная и научно-популярная литература. Правда, Нобелевской премии в явном виде в этой области пока что не учредили (хотя некоторые лауреаты Нобелевской премии мира или по литературе скорее должны были бы идти по разряду выдающихся манипуляторов сознанием).
Еще важный, хотя и не столь очевидный признак: к людям, сознанием которых манипулируют, относятся не как к личностям, а как к объектам, особого рода вещам. Манипуляция — это часть технологии власти, а не воздействие на поведение друга или партнера. Влюбленная женщина может вести очень тонкую игру, чтобы разбудить ответные чувства — воздействует на психику и поведение покорившего ее воображение мужчины. Если она умна и терпелива, то до определенного момента она проводит свои маневры скрытно, и намерения ее «жертва» не обнаруживает. Это — ритуал любовных отношений, конкретный образ которого предписан каждой культурой. Если речь идет об искренней любви, мы не назовем это манипуляцией. Иное дело — если хитрая бабенка решила окрутить простофилю. Беда в том, что различить эти два случая непросто.
Не включаем мы в понятие манипуляции и этикет — воздействие на поведение окружающих с помощью иносказаний и умолчаний, языка знаков, понимаемых только в данной культуре. Если человек понимает знак, то смысл обращения ему ясен и намерения того, кто «воздействует на его поведение», для него секрета не составляют. Если англичанин спрашивает знакомого англичанина: «How do You do?» («Как вы поживаете?»), тот отвечает тем же вопросом, и они переходят к делу. А русский, как шутят англичане, в ответ на этот вопрос-приветствие начинает рассказывать, что у него жена заболела и сын, паршивец, стал плохо учиться. Русские в долгу не остаются и подшучивают над тем, как иностранцы не понимают простых вещей. В детстве я слышал шутку о том, как в Америке нашу эмигрантку из Одессы привели в суд:
— Вы обвиняетесь в том, что украли курицу.
— Нужна мне ваша курица.
(Переводчик переводит судье: «Она говорит, что курица была ей очень нужна»).
— В таком случае заплатите владельцу два доллара.
— Здравствуйте, я ваша тетя!
(Переводчик судье: «Она вас приветствует и говорит, что вы приходитесь ей племянником»).