Ольга Арефьева и группа Ковчег

Театр KALIMBA

Александр Гоноровский. Русский чудесник.

Забавная проза Александра Гоноровского. Абсурдные магические сказочки. Нелинейная логика, перескоки как во сне. Вспоминается Хармс, Мамлеев. В инете текст почти нигде не встречается — совсем свежая публикация.
Опубликовано в журнале «Новая Юность» 2004, #1(64)

Ольга Арефьева

Светлой памяти моей мамы

Слепые ангелы

Жил купец.

Мужик — хват.

И разбогател в одночасье.

Так быстро: заснул бедным — проснулся богатым.

И построил он завод. Большой.

Все в нем было — и печи плавильные, и станы, чтобы металл прокатывать.

На пустом месте завод построил, а для рабочих — поселок у реки.

Свою фамилию поселку дал — Шилов.

Дома каменные, теплые.

Только все равно ему рук рабочих не хватало.

В то время направил Господь ангелов с неба.

Однажды едет купец в пролетке.

Сам правит.

Глядь — ангелы идут по обочине.

Крылья за спиной, а глаза закрыты.

Слепые.

— Почему вы слепы? — остановился рядом купец.

— Нам глаза ни к чему, — сказал первый, самый старший ангел. — Нам Господь повелел сердцем на земле видеть и людей примечать…

— Не пойдете ли ко мне в работники? — спросил купец. — Мне все равно, чем вы видите… Людей у меня мало, а приметить есть кого…

— Твоя воля. Пойдем. Чего не пойти? — ответили ангелы.

И стали они у купца работать. И пошли дела его в гору еще круче.

Видит он такое дело и мастерами их определил.

Над рабочим людом поставил.

В достатке содержал.

Женил.

И дети у них родились… Обыкновенные, как у всех.

Народ их уважал, слушал.

Только однажды утром проснулись ангелы и открыли глаза.

Увидели мир как есть — и заплакали…

Темное место

Есть день. В народе зовут его «Темное место». В такой день и хороший человек не хочет, а убьет.

Рядовой Краюхин

Во время войны рядовой Краюхин взрывал собой вражеские танки. Он выбирал подходящий танк, ложился под гусеницу, сворачивался калачом и выдергивал из гранаты чеку.

Рядового Краюхина нельзя было убить. Тогда он был молодой и очень крепкий.

Петух

В 1778 году близ деревни Рябушки Тамбовской губернии в ночь на Петров день объявился петух-людоед.

Петухом были пойманы и съедены вольный крестьянин Демид Иванов Гумнов и ученый немец Василий Белкин.

Для излова петуха произведена экспедиция. Что и послужило к новому его, петуха, гневу.

Лютый зверь навел страху на весь уезд, так что даже в самом Тамбове дворовый люд до свету боялся из дому выйти.

Продолжение курьеза в хрониках не отмечено. Но по более поздним записям выяснено, что петух «отравлен генералом Усовым, что государыней с войском послан был для усмирения оного, но кампанию проиграл и петухом съеден…»

Секретные карлики

Еще до Великой Отечественной войны в КГБ существовал специальный отряд карликов-агентов.

Они могли проникнуть туда, где не мог побывать обыкновенный агент.

Среди них числился агент Максимов. Он был ростом метр двадцать три сантиметра и как две капли воды походил на Иосифа Сталина.

Этому агенту так и не было найдено должного применения.

В это же время секретно подготавливалась группа карликов-космонавтов, так как было подсчитано, что вывести на орбиту такого человека гораздо дешевле.

Первым секретным космонавтом Земли был карлик.

Ладан

У командира танковой роты Вити Тимофеева от рук и лица пахло ладаном. И это было чудо, поскольку Витя не мылся никогда.

И явилась ему как-то во сне горящая дева и сказала: «Извини, Витя. Но тебе это чудо досталось по ошибке. Сходи в баню».

Птицеед

Харин ел птиц. Ел, как кот, живьем. Даже перья не ощипывал. Мужики, когда узнали, перестали с ним здороваться. Больно противно было.

Только участковый к нему несколько раз заходил. Статьей пугал. На что Харин улыбался щербато…

А потом Харин женился. Городскую взял. Пуганую. И родился у него сын Мишка. Жрать птиц у Мишки таланта не было, но в школе над ним все равно смеялись. Птицеедом дразнили. Так дразнили, что плакал Мишка и убегал от всех в лес.

Ничего, — говорил отец, — вырастешь и найдешь свое желание в жизни… Главное — не робей…

Рыло

И главное, у хорошего человека расти начало. У инженера Тульева.

Рыло.

Как у свиньи вместо носа.

Зарозовело. Вздернулось розеткой. Белым волосом опушилось.

Не жадный. Не сволочь. К жене добрый. К детям.

Двое у него.

Оно и понятно, что родные забеспокоились. Вдруг и на детях генетика не подведет?

Любовь

Этот парень Майский в соседней пятиэтажке жил. А женщина, в которую он влюбился, с ним же в одном подъезде, этажом ниже.

Парень хвостом за ней — а той и дела нет.

Не нравился.

Мужик к ней ходил бородатый. Здоровья в нем было на троих. Затылок, как доска, широкий и плоский.

Почти каждый вечер приходил. Хоть и на попа похожий.

Видно, Майский отчаялся совсем, как-то подкараулил мужика и пырнул его ножом в сердце.

Думал — убил, раз в сердце. Опять же кровь горлом пошла. И из раны — как из полного чайника вода.

Да вот только на следующий вечер этот мужик опять пришел к женщине. Как ни в чем не бывало. А Майского, что на скамейке у подъезда сидел, даже и не заметил.

Безногий

Бог лишил ног Женьку Меусова за то, что тот, в утробе матери, запинал насмерть своего брата, близнеца. Женьке было десять лет, когда он попал под скорый поезд Москва — Йошкар-Ола. Он всю жизнь ездил на коляске, которую смастерил для него отец.

С тех пор Бог больше не обращал внимания на Женьку Меусова. Не наказывал и не награждал.

Отражения

Паша Логинов ел свои отражения. За это и под суд пошел.

Будет тебе

Сила такая есть. Скажешь ей: «Круши» — и пойдет она. Что ей дом, что гора, что человек — все подомнет в поле, всех вровень согнет. Людишки давно силой этой управлять мечтали, чтобы она по пашне за плугом ходила, кирпичи формовала или конфеты делала. А она — дом, гора, человек — все одно в поле ровняет. Не управишься. Разве что крикнешь ей зло: «Будет тебе!» А потом сядешь, зажмешь уши и ждешь. Долго ждешь. Авось успокоится.

Изобилие

Сиделец один в степи сидел тридцать лет. Ящерками питался и ковылем. Болел разно. И увидел однажды он человека, что над травами шел и стеблей не касался. Ты кто, спросил сиделец. Грешник я, сказал человек и заплакал.

Вот так всегда, кому все, а кому — что сам возьмешь.

Книга

Есть такая книга, от которой умирают. Потому что в ней все до конца написано.

Колхозник

Один колхозник имя свое взял да и подарил людям проезжим. По глупости подарил. Теперь его все так и зовут — колхозник. А проезжих тех и ветру не сыскать.

Какая она

Фамилию свою этот человек не назвал. Только сказал, что однажды видел Любовь. Говорил, что всю ее не разглядел, но заметил два хвоста зеленых длинных, зубы острые и взгляд собачий жалостливый.

Лыко

Растет такое дерево близ деревни Клинское, что от Оки в десяти километрах. И если с того дерева надрать лыка, и обмотать им ногу, то нога станет вечной и болеть никогда не будет. Ни раны ей не страшны, ни смерть.

Шептун

Раньше жил такой человек — Вася Хрипун. Он ходил на все похороны. И перед тем как покойника в землю класть, подходил к гробу, клонился к самому уху и шептал в гроб свое желание. И что бы он ни пожелал — все исполнялось.

Баба

Нашли как-то в устье Волги каменную бабу, которая, хоть и каменная, умела детей рожать. Уж кто к ней пристроился, неизвестно. Только родила она трех сыновей, с виду обыкновенных, и при родах умерла. В песок рассыпалась.

Сыновей в детдом отдали. Многие были против их жизни. Боялись, пойдет вместе с ними по Руси нехорошее что. Оно, может, и так. Да кто уследит?

Заморозок

Было зимой. В Вершинках, что на Белом море.

Выпил Толик Мухин на Новый Год, пошел домой, упал в снег и замерз. Его только после праздника нашли. Когда народ на работу пошел.

Вытащили его из снега, поставили на ноги — и ну хохотать.

Больно смешная была у него поза и лицо такое веселое, довольное.

И решили Толика не размораживать, а поставить в холодильник на рыбном заводе, чтобы поднимал настроение рабочим людям в дни утрат и лишений.

Мумия

В селе Пласкинино открылось, что местный бухгалтер Семен Ильич Ферапонтов — мумия. И не то людей раздражало, что Семен Ильич не пил водки и не закусывал. А то, что не имел в дворике своем туалета.

«Ладно, — говорили ему мужики. — Ты нас не уважай. Плюй на нас — стерпим. Только, вот, естественный вид вещей не нарушай. Построй туалет. Не позорь село».

На это Семен Ильич отмалчивался.

Дул губы.

Средство

От многих болезней можно вылечиться настоем из трав, что появляются в сумерки под креслом большого начальника. И рангом он должен быть не ниже заведующего сельпо. Чем начальник выше, тем трава сильнее и настой целебнее. Но это, может, и слухи.

Рыба

Известно. В прошлом веке на Волге поймали рыбу большую с народцем внутри. Народец был обыкновенный, крестьянский.

Рыбу съел самарский градоначальник, а народец был рассеян по губернии.

До сих пор под Самарой есть деревни Пескари и Рыбалово. Там от людей рыбой пахнет.

Сила

В деревне Сенницы жил тракторист по прозвищу Сила. И приснилась ему раз в июле баба. Зеленоглазая, румяная, добрая. «Приходи, — говорит, — завтра ко мне в рощу, что за полем». «Ты кто?» — спросил Сила. «Я Жизнь, — сказала баба. — А тебя выбрала, потому что ты самый сильный человек на Земле, и от нас с тобой новая жизнь народится. Приходи… Ждать буду…»

Поутру Сила в рощу пошел…

Пришел, а в роще — та самая из сна, и ничего на ней нет. Голая. Стоит, травами прикрывается.

Лег с ней Сила и про все на свете забыл. А домой пришел — октябрь на дворе. Уж и сорок дней давным-давно отплясали.

Удивились деревенские, головами покачали… А что скажешь?

Про рощу Сила никому не рассказывал, но только с тех самых пор все о ней только и думал. О Жизни. Даже толстеть стал.

А на следующий год одолела Сенницы саранча. Никогда раньше не было, а тут — на тебе…

Стал Сила на своем тракторе по полям ездить, химией саранчу поливать, а навстречу ему Жизнь: «Стой! Ты что?..» «Саранчу вывожу… Мы всей бригадой ее выводим.» «Другие пусть выводят, а тебе нельзя, грех… Ты ведь им родной».

Против своих не пойдешь.

Ряженые

Есть такие шкуры звериные. Их в заволжском зверосовхозе выделывают. Наденешь такую шкуру и в зверя обращаешься.

Раньше эти шкуры только для органов выделывали. Секретно. А теперь — кто хочешь пользуйся, если деньги есть.

Кажется

Иногда и праведнику кажется: вот убьешь одного-двух — и счастье.

Болото

В болоте под Смоленском во время войны с Наполеоном целый военный оркестр утонул. Французский. Его туда смоляне заманили.

А из Смоленска потом много хороших музыкантов вышло. Там даже до сих пор школа музыкальная есть.

Деревня Масловка

В Масловке ночью из дома трезвому выходить нельзя. Выйдешь трезвый, а вернешься лет через тридцать ветхим стариком.

Как отличить

Как отличить настоящего дворника от поддельного? Настоящие умеют летать.

Секретный проект

В пятидесятом году поручено было группе товарищей связаться напрямую с Богом или дьяволом. С кем получится. Деньги большие были дадены.

Секретнее этого проекта ничего не было. Всех секретарей, что приказы писали, расстреляли. Даже уборщиц и охранников, что рядом находиться могли и какую-нибудь копирку нечаянно увидеть, на Соловки отправили.

Три года под землей ученые над связью бились. Хитроумные аппараты городили, ловушки магнитные, антенны параболические, Библию штудировали, кровь с ладаном мешали, знаки разные чертили…

Сам Хозяин к ним в лабораторию приезжал, колбы трогал…

И сделали аппаратец. Маленький. Со спичечную коробку.

Отнесли…

Рад был Хозяин. Все наградить обещал и даже домой пока отпустил.

А наутро нашли его на полу.

Лежит в мундире. С коробкой в руке. Мертвый.

И хитро так улыбается.

Глубина

Кузьма Парадов из Ступино знает, как можно доподлинно измерить глубину человеческой души. Тем и живет, но пьет сильно.

Громко

Главный агроном хозяйства «Новый мир» Андрей Исаакович Усяев заметил, что если в поле засеянное выйти и начать разговаривать громко, то и растет все по-разному. Пшеница любит, чтобы ее уговаривали. Рожь — чтобы песни пели. Люцерна — протеста в голосе требует. И никто, кроме сорняков, не выносит чтения вслух газет и журналов.

Это свое открытие агроном не только на делянках хозяйских, но и на жене проверял, отчего та обижалась и оказалась неожиданно на сносях.

Учительница пения

Был такой случай с учительницей пения Марьей Михайловной Хватовской, что жила в деревне Островцы недалеко от Москвы.

Пошла как-то она в лес за зверобоем. А в лесу солнце, березки вытянулись.

Хорошо.

Запела Марья Михайловна. Уж больно любила.

И явилось перед ней что-то вроде лешего — деревянного чудища с рогами из сучьев. «Здравствуй, — говорит, — Марья Михайловна. Научи меня петь». «Как же я тебя научу? — ответила Марья Михайловна, — На это времени надо много? А может, у тебя и слуха-то нет?» «Я все слышу по всей земле, — сказало чудище, — даже молчание. Только петь не умею? Учиться мне много не надо, а за службу отплачу тебе сторицей».

С тех пор, говорят, только ветер в том лесу появится, так слышатся средь ветвей голоса, будто ангелы в листве заблудились.

А из Марьи Михайловны с тех пор каждый год выходит по полену, из которого потом волшебный инструмент делают. Поленья те на вес золота среди мастеров ценятся. Чудо какие звуки.

Безобразник

В селе Чуматово жил один безобразник. Уж как хулиганничал.

Только не любили его мужики за то, что он самогон не пил. Трезвый, значит, озорничал.

То клуб спалит, то недозрелые яблоки в чьем-нибудь саду посшибает, то зерно в амбаре сгноит.

А не поймаешь, потому что трезвый. И не весело все.

Монастырь

В верховьях Оки стоит монастырь. Но молятся там не Богу, а некоему Панченко. Трактористу.

И тот Панченко иногда в лунные ночи выезжает из реки на своем белом тракторе и делает чудеса.

Завод

Есть завод в Нижнем Тагиле. Маленький.

Рабочих — человек пятьдесят.

И все мужики — ни одной бабы.

Иногда берут какую на работу уборщицей или секретарем. А она, глядишь, через две недели уже мужик.

Грустно всем от этого, а сделать ничего нельзя.

Лапоть

Есть такой лапоть, и если наденешь его, то снять невозможно. Любому подойдет, а носить до смерти — или ногу отрубай.

Многие через тот лапоть прошли.

Валя

Валя Мальцева рожала воров. От кого — никого и сколько ни рожай. А только двух недель от роду дети ее уже таскали у соседей хлеб и комбикорм.

Врач

Этого врача вызывали только на похороны.

Подходил. Брал за руку. И все.

Некоторые оживали. Но были очень недовольны.

Курган

Был такой курган под Запорожьем. Если на него баба заберется — вмиг забеременеет. Старая. Молодая. Замужняя. Холостая. Вдова или солдатка.

В начале сороковых, перед самой войной, на том кургане целый класс из женской восьмилетки вместе с учительницей забеременел. Они в однодневный поход ходили по родной стране.

Учительницу, конечно, арестовали, допросили… Та больше плакала и ничего толком сказать не могла… Следователь сам лично на курган забирался, стоял. Эксперимент проводил с морской свинкой.

Ничего.

Свинка так и осталась, как была.

А когда построили Днепрогэс — затопило курган. И теперь, разве что какая-нибудь пассажирка, проплывая на теплоходе то место, внезапно охнет и нехорошо посмотрит в темную воду.

 

http://magazines.russ.ru/nov_yun/2004/1/gonor10.html