>

Апгрейд детектора мудака

Расскажите мне, есть ли определение того, кто такой мудак?

У меня датчик мудака внутри есть, но как вирусная база, он должен все время апгрейдиться.
Вирусные базы компа апгрейдятся через регулярное скачивание пакетов антивирусов.
Вирусные базы организма — через болезнь, легкую или тяжелую. С этим познакомились в последнее время более, чем.
А вирусные базы психики пополняются через встречи с неприятными людьми. Мы учимся распознавать тех, с кем не хотим общаться, на опыте, не всегда простом.
Помогает еще читать и размышлять, это довольно эффективно позволяет заранее разобрать продумать-прочувствовать реальные ситуации, но не на сто процентов. Встречая мудаков, подлецов, агрессоров любого пола, находя слова и действия в ответ на их нападения, учась уходить от удара, блокировать вторжение или противопоставлять ему свою силу, мы оттачиваем свою психическую вирусную базу. Мы учимся распознавать самые легкие звоночки вовремя. Небольшой оттенок интонации — неуместно-снисходительный, наглый или вкрадчивый — и опытный пользователь межчеловеческих коммуникаций сразу замечает, что вот сейчас ему ставят подножку, запускают в него коготь или прощупывают слабые места.
Сами мудаки не всегда осознанны — они часто действуют инстинктивно, и обычно у каждого своя схема.Если она не срабатывает — они быстро уходят дальше искать того, на ком сработает. Человек с вирусной базой, знакомой с конкретным типом нападения, охмурения, затягивания в токсичные схемы отношений, мгновенно или чуть погодя распознаёт что-то не то.
В открытой системе, где коммуникацию можно легко оборвать, упырьки часто остаются без пищи и перед закрытой дверью. Их удача — найти и оплести липкими сетями кого-то, кто не поймет, во что его втягивают. У кого база не обновлена до конкретной разновидности мудачизма.
Хуже, когда система замкнута, уйти нельзя, а у упырька есть маленькая власть. Тут начинает расцветать махровым цветом самое кошмарное уродство. Потому я против замкнутых систем без обратной связи. Армий, закрытых школ, монастырей, тюрем, интернатов. Обратная связь и постоянная возможность действенно пожаловаться на насилие от начальника, санитара или надзирателя должна всегда быть.
В свободной жизни мы тоже постоянно встречаемся с мудаками. Они не могут развернуться во всю ширь, но действуют как могут. Происходящие при этом мелкие конфликты — нормальная работа иммунной системы психически здорового человека. Если вы чувствуете свои границы и адекватно реагируете на их нарушение — это правильно.
Неправильно — если человек чересчур реагирует на малозначительные, а часто несуществующие или померещившиеся ему вещи, когда устраивает не соответствующий ситуации скандал. Это означает, что какие-то лично для него болезненные вещи его чересчур триггерят, и с этим надо разбираться ему, а не окружающим.
Не сбрасываем со счетов и злоупотребление мнимой защитой своих границ. Когда вы просто живете, а на вас кидаются мнимо обиженные вашей прической, походкой, манерой одеваться, голосом, национальностью, религией или ее отсутствием.
Тетка в поезде ставит грязную, текущую снегом сумку вам на простыню, а когда, потерпев пять минут, ей делаете корректное замечание, начинает орать, что вы на нее напали (нет), что вы пьяны (нет), что сейчас вызовет полицию (вызывайте, да я сам ее сейчас вызову).
Когда вы мужчина, стоите на остановке, и вам в лицо курит девушка, вы просите этого не делать — и она начинает орать явно на публику «убери руки!».
Когда вы делаете замечание хулиганящим на вашем чердаке детям — и получаете в ответ «а мы щас пожалуемся, что вы педофил».
Всё время возникает куча ситуаций, в которых весьма сложно найти мудрую и правильную стратегию реагирования. Часть из них опасны. Жизнь непроста, и мы никогда не знаем, где и как столкнемся с нападением очередной заразы, против которой в нашей психической «вирусной базе» нет приема.
Но те, кто не идут в реальную жизнь, стерилизуют свою атмосферу, закрываются как от общения, так и от встреч с не особо доброй биосферой — те не апгрейдят свою базу. Это не очень хороший путь.
Себя надо очень беречь в уязвимом состоянии, например, после операции или после трагедии в эмоциональной сфере. Но когда вы здоровы и полны сил, прятаться от жизни — это путь к изоляции в стерильном коконе, бункере, тюрьме. Это довольно тупиковый путь. Так вы будете всё более отставать от актуальной вирусной базы, будете все более уязвимы ко всем вызовам мира, которые вовремя не приняли. А потом, если кокон прохудится — а ничего вечного нет — погибнете от всего сразу.
Известны истории вымирания племен от гриппа и других привычных для белого мира болезней, которые им принесли путешественники. Для них это были смертельные инфекции, потому что до того они жили в мире, где их в принципе нет. А они есть — и с этим ничего не поделать, потому приходится однажды встретиться лицом к лицу. И победить или умереть. Потому встречаться лучше не разом, а постепенно, посильно.
Такая же штука с породистыми животными — они более уязвимы и подвержены многочисленным болезням по сравнению с их беспородными собратьями. Дикие животные живут в безжалостном мире, полном опасностей, часто погибают, и им вообще тяжелее. Но с точки зрения популяции они куда более приспособлены к выживанию.
Каждому случалось не среагировать на нападение инфекции или мудака вовремя, не знать, как защититься, что ответить. В итоге случается заболеть или позволить мудаку победить и локально вас сожрать.
Каждому случалось не заметить подвоха и дать возможность агрессору сделать следующий шаг и усугубить ситуацию. Каждому доводилось остаться оболганным, оскорбленным, ограбленным на энергию или что-то материальное.
Мы регулярно испытываем крушение веры в людей — и это нормально.
И все равно итог — улучшенный такой дорогой ценой личный иммунитет к мудакам.
Кстати, Россия в этом смысле уникальный полигон. У нас здесь максимально душевные, глубокие и открытые люди. И одновременно — самая большая концентрация самых подлых и мерзких людей и нелюдей, в том числе в структурах, облеченных властью, даже самой маленькой, не говоря уж о большой.
Вопрос только в том — переболеть (вирусом, болезненным общением с негодяем) в тяжелой форме, глубоко влипнуть, или понять происходящее на подлете и сделать выводы более-менее вовремя.
Даже самые мудрые и счастливые люди всё равно нередко бывают обмануты и разрушены, часто еще и теми, кто казались и были близкими. Например, Ошо. Да что там, Христос.
Но разрушилось только телесное? Потеряны материальные ценности, время, силы, отношения, репутация (например, из-за клеветы)? А душа осталась сильной, открытой и отныне еще больше может опираться сама на себя, не ожидая от земного мира, что он ему будет мамкой, нянькой и держурным виноватым? Значит, человек в самом деле не проиграл, а победил.
И таких историй вы, наверное, вспомните много. А «победивший» подлец и палач будет жить со своим предательством.
Остаться открытым, счастливым, доверяющим (а доверие, на мой взгляд, — одна из самых больших ценностей в нашем внутреннем мире) — и при этом не быть лёгкой добычей и мишенью для подлецов и агрессоров всех родов — это такая прямо вот задача на целую жизнь. «Будьте мудры как змии и просты как голуби». Результат называется мудростью. Ну или еще как-то.
И приходит неуязвимость, конечно, только с количественным и качественным накоплением жизненного опыта. С попаданием во многочисленные сложные и неприятные ситуации с людьми. И выходом из них — когда с победой, когда с ущербом, но всегда с честью.
Кто-то, напротив, накапливает не благородные способы оставаться человеком во всех обстоятельствах, а умения для обмана, интриг, лжи, изворотливости, подстав, мошенничеств. А также потакания своим порокам, психической распущенности, гневу, алчности, похоти. И таким людям, постепенно перерождающимся в нелюдь, остается только посочувствовать. Земной квест они может и пройдут по трупам, но какой итог вынесут и куда потом пойдут…

Есть планеты, где открытость и альтруизм — норма жизни. Мне кажется, и я с такой. У меня всегда это было — отношение к людям как к семье. Где открыты двери и полное доверие. К ним прилагаются кошелек, ключи, пароли — в доверительном мире жить легко и приятно. Но этим легко злоупотребить. И периодически оказывалось, что такому-то человеку не стоило доверять, впускать его ни в свой дом, ни в своё поле. Проблема в том, что поломать атмосферу в хорошем месте можно, запустив в доверительное пространство всего лишь одного подлеца-агрессора. Потому на счастливые высокоразвитые планеты пускают лишь тех, кто уже имеет опыт выживания в сложных мирах, тех, кто умеет выбирать альтруизм и честь там, где «можно бы» было победить подлостью и жестокостью.
И на Земле были цивилизации, в которых были именно такие, доверительные и альтруистичные, отношения и общественные устройства. Но они пали под натиском других — кровожадных и жестоких.
Планета обросла заборами, армиями, охранниками, тюрьмами, оружием. Казалось бы, злые силы доминируют, они захватили все.
Но те, кто понимают, что земное — игра, те, кто хотят не победить в ней, а получить бесценный опыт и идти дальше, те, чьи ценности — это доверие и открытость — могут создать и постоянно создают распределенную сеть.
Она позволяет доверять, и поддерживать невидимыми связями тех, кто сменил парадигму завоевания, иерархий и борьбы на поддержку и открытость.
В ней, кстати, есть и неминуемо должна быть своя защита от мудака. Она состоит примерно в том же, в чем ежедневные правила жизни любого человека. Вы ведь не каждому даете ключи от своих квартиры, сердца, денег, информации? Вот на таком поиске достойных доверия и строится эта сеть. Она ежесекундно меняется. Кто-то появляется, кто-то разочаровывает, кто-то оказывается не тем.
Но и мы сами себя всё время проверяем: кто мы, чем руководствуемся, каковы наши ценности? И где у нас самих, может быть, гнильца? И что вызывает наши реакции — те и другие? Почему мы спокойны и неуязвимы в одних ситуациях нападения на нас и впадаем в сильные эмоции в других — возможно, куда более безобидных? Где нам самим нужно себя выстраивать, лечить, выращивать, чтобы стать теми, кого уже не так просто дергать за ниточки миру? Мир — он таков — всегда будет дергать. Но управление своими эмоциями, состояниями, ценностями не может быть внешним — иначе мы марионетки, куклы, биороботы из бездумной толпы.
Тут один блогер нападал на слово «осознанность». Действительно, его употребляет кто попало и часто не думая. Поэтому я очень редко это слово применяю. Но не потому что оно неправильное, а потому что им слишком часто злоупотребляют в псевдодуховных речах. Но если не балблабла, а четко держать в уме смысл этого слова — то речь как раз об ней, родимой.
Осознанность — это привычка постоянно смотреть на себя со стороны и внутри, анализировать свои действия, чувства, эмоции. Следить за тем, из каких источников они идут и куда ведут. Не давать перехватывать управление собой посторонним силам.
Работа затратная, не всегда достижимая, но крайне нужная, если хочешь жизнь прожить не в состоянии зомби. Непросто быть все время настоящим и честным к себе. Но это дает возможность понимать, где реально сейчас находишься, над чем в себе работаешь в данный момент и работаешь ли. Чтобы не превращаться в того, кто снаружи дутый глянец, а внутри пустой пузырь. Чтобы не быть гробом повапленным. Чтобы не доказывать вечно и болезненно себе и окружающим свою мнимую значимость — именно из-за того, что в глубине души чувствуешь себя вывеской на пустом фасаде, за которым фига. На самом деле — там не пустота и не мусор. Все люди сложны и многогранны, в том числе глубоко павшие, нечестные к себе, закосневшие и запутавшиеся в самых деструктивных паттернах поведения. Внутри у каждого есть божественное ядро. Путь к нему идет через честность и расхлебывание своего личного говна. Через открытые глаза, без самообмана, без поиска, на кого перевесить работу, вину, личное говно и обиду на «несправедливость» мира. Мир жесток — он все время напускает на нас ситуации, задачки и вирусы. В нем надо мучительно рождаться, с трудом выживать и больно умирать. Но он же и прекрасен, интересен, благодарен и щедр. И пусть он будет прекрасен не там, где нас нет, а там, где мы есть.

7 ноября 2020
Из ЖЖ Ольги Арефьевой