>

Телепрограмма «Антропология». 3 апреля 2000 г.

…Эта песня очень простая. Но чтобы её понять, надо, видимо, что-то почувствовать.

Текст беседы в прямом эфире с участием:

Ольги Арефьевой,
Всеволода Королюка,
Михаила Трофименко и
Бориса Маркова.
Ведущий и автор программы — Дмитрий Дибров.

 


Дибров: — Дорогие друзья, сейчас будет совершенно королевский музыкальный эфир. Готовьтесь.

(Недовольный голос Ольги за кадром: Пожалуйста, прибавьте бэки. Пусть меня будет хуже слышно. Они не слышат себя и будут хуже петь.)

Дибров: — Это и есть голос Ольги Арефьевой.

Ольга: — Ага, это мой, да. Здравствуйте.

Дибров: — Здравствуйте, Оля.

Ольга: — Угу.

Дибров: — Надо сказать, я сейчас буду скомкано говорить, чтобы больше слушать, меньше обсуждать. Дело в том, что Оля совершила сумасшедший прорыв в последний месяц. В то время, когда в стране никто ничего нового практически не пишет, а либо самоцитируется, либо цитирует пройденный путь, Ольга внезапно вышла с удивительно свежим, восхитительным альбомом, реггийным, конечно. И очевидно, на сегодня это королева музыки регги, хотя Ольга открещивается от этого звания. Для тех, кто не сможет купить пластинку «Регги левой ноги», мы и устроили сегодняшнюю программу. Слушайте, наслаждайтесь. Оля, прошу.

[Исполняется песня «N»]

Ольга: — (радостно так) У-у-у!

Дибров: — (воодушевлённо) Со времён «БАТАКАКУМБЫ» не было в русском регги такого… такого прорывного штурма Измаила, как вы устроили этой пластинкой «Регги левой ноги!»

Ольга: — Со времён «БАТАКАКУМБЫ» в группе «Ковчег» не было такого прорыва в области регги, как «Регги левой ногги». (смеётся)

Дибров: — Давайте поговорим по телефону. Давайте так: звонок-песня, звонок-песня. Алло.

Телезритель:  — Это вас из Волгограда беспокоят.

Дибров: — Здравствуйте, товарищ Волгоград.

Телезритель:  — Вопрос к исполнительнице о смысле её песни. Она его сама хотя бы понимает?

Дибров: — Особенно в части, когда милиционер головогрудью вращает, да?

Телезритель:  — Улавливали-улавливали смысл, так ничего не уловили. Решили между собой, что это очередной всплеск волны претензий на оригинальность.

Ольга: — Это вопрос для выпускников Оксфордского (переходя на крамольный шепот) университета. А вообще эта песня очень простая. Но чтобы её понять, надо, видимо, что-то почувствовать.

Дибров: — Ну, давайте тогда дальше чувствовать.

Ольга: — Давайте что-нибудь дальше чувствовать. «Площадь Ногина».

Дибров: — Оля-ля!

Ольга: — Песня посвящается Москве, видимо.

[Исполняется песня «Площадь Ногина»]

Дибров: — Самая жирное и вкусное музицирование за последние 3-4 месяца в «Антропологии».

Ольга: — Музыка толстых.

Дибров: — Музыка толс… спрашивают, кто пишет такие прекрасные стихи? Подпись «Ксения».

Ольга: — (тяжело вздохнув) Ой, сказать, что Добронравов и Пахмутова, или не говорить?

Дибров: — Кто-то полагает, что твой профиль напоминает Данте Алигьери. Просят операторов чаще показывать твой восхитительный профиль.

Ольга: — (смеясь) А стихи — не напоминают?

Телезритель-2:  — Алё! Здравствуйте, добрый вечер, доброй ночи. Знаете, просто удивительная музыка, просто удивительная. У меня один вопрос, чтобы не задерживать вас. Девушка — москвичка? Вы знаете, она так прекрасно спела о Площади Ногина. Это то, что есть в Москве, всё действительно так. И конечно удивительная Вы Мадонна, какая же Вы красавица.

Ольга: — Обычно любишь далёкое и недоступное. Песня про Москву, потому что я из Верхней Салды.

Дибров: — Pardon?

Ольга: — Живу в Москве, правда, десять лет уже скоро.

Дибров: — Это Екатеринбургская область?

Ольга: — Свердловская. Город стал называться Екатеринбургом, а область осталась Свердловской.

Дибров: — А Салда, как была Верхней, так и осталась?

Ольга: — Так была Верхняя. Нижняя, правда, тоже есть, осталась на карте.

Дибров: — Восхитительное, восхитительное происхождение! Даже эта Верхняя Салда тебе очень к лицу.

Ольга: — Специально выбирала. Когда ТАМ была, думала, куда же мне приземлиться.

Дибров: — (скороговоркой, запинаясь, повторяясь и заикаясь) Ну, ну, прошу, прошу, да-да-давай, давай, ба-балуй нас дальше.

Ольга: — Споём «Маленькую вселенную», до-мажорную песенку. Любимая тональность до-мажор.

[Исполняется песня «Маленькая вселенная»]

Дибров: — Ой, какой кайф. Я завидую тем людям, которые сейчас слышат Ольгу Арефьеву и группу «Ковчег» впервые. Завидую шоку первого открытия.

Телезритель 3:  — Добрый вечер. Я конечно испытываю шок первого открытия, но если это прорыв, то я, видимо, Александр Македонский, не меньше.

Дибров: — Вы, да?

Телезритель 3:  — Почему же мы так плохо живём, если у нас столько Македонских?

Дибров: — Слушайте, а вам не нравится что-то?

Телезритель 3:  — Честно говоря, мне ничего не нравится — исполнительница, примитивный какой-то набор трёх аккордов.

Дибров: — А Ваш любимый исполнитель кто, можно узнать?

Телезритель 3:  — У меня много разных. А насчёт текстов, так это вообще — мама дорогая. Я, конечно, понимаю, что можно всё придумать в возбуждённом состоянии, но мы до этого состояния не дошли, я думаю. Надо было немножко возбудиться перед эфиром.

Дибров: — Не возбуждаетесь, значит? Ясненько. Вот такая, значит, крЫтЫка. Будете оппонировать, Ваше Величество?

Ольга: — Что бы нам такое сыграть…

Дибров: — Лимерики.

Ольга: — Лимерики? Ещё хуже музыка, ещё хуже стихи.

Дибров: — А-а-а! Щас вы увидите, что можно сделать с лимериками, если подойти к делу творчески.

Ольга: — Этот стихотворный жанр придумал Эдвард Лир. Жанр английской поэзии. Смысл в том, что это стихотворение-парадокс. Первая и вторая строчка утверждают, третья полностью опровергает, а четвёртая и пятая подводят под этим черту.

[Исполняется песня «Лимерики»]

Дибров: — (стуча пейджером) Вот этот пейджер щас взорвётся оттого, что здесь нету ничего серединного! (на разные голоса) «Полагаю, что критика неуместна, только овации!» «Не представляю, как могли эту даму пригласить. Дима, а тебе самому нравится эта дама, которая так чудесно поёт?»?
(своим голосом) Не первый год!
«Дима, спроси у ребят, на какой возраст аудитории рассчитан их репертуар?»

Михаил Трофименко: — Наверное, на тот, какие мы сами. На любой.

Ольга: — Кто мы сами? А мы вечно молодые, «нам скоро будет четыре», как Умке.

Михаил Трофименко: — Четыре годика.

Дибров: — Алло! Алло! Алло!

Телезритель 4:  — Доброй ночи, Дмитрий, это Казань Вас беспокоит. Огромное количество комплиментов в Ваш адрес, в адрес вашей программы. Я сам работаю ведущим на радио, только что приехал с работы, всё равно сижу смотрю, потому что не смотреть Вас невозможно. Спасибо Вам и спасибо тем людям, которые сегодня выступают и радуют нас такой замечательной музыкой. Одно только хотел спросить, не возникало ли у Ольги Арефьевой ощущения, что лет бы на 15 пораньше всё это спеть? То, что Майк, БГ 15 лет назад спели, их цитирование… Как-то сейчас на постмодерн не очень тянет, потому что всё ж не классика пока.

Ольга: — Мне нравится. Почему я должна делать то, что мне не нравится?

Дибров: — Алло! Здравствуйте. Прошу Вас.

Телезритель 5:  — Я Сара с Мадагаскара. Когда ближайший концерт?

Ольга: — Вы с Мадагаскара приедете?

Телезритель 5:  — Нет, я в Москве сейчас. Я тоже пою регги, так что хочу посмотреть Ваш концерт.

Ольга: — О, это очень приятно, правда, мы играем не только регги. Сегодня по спец-заказу Дмитрия Диброва мы играем именно регги, а вообще-то у нас много всего, в частности, 11 апреля будет концерт акустики. Я с гитарой и Пётр Акимов с виолончелью. Будет много возвышенных, сложных, запутанных и навороченных песен, всяческих женских слёз и контактов с небесами. А сегодня мы — таким образом контачим (смеётся). Приходите в ЦДХ 11 апреля.

Дибров: — Это Политех.

Ольга: — Ой, это не ЦДХ, а Политехнический музей, а в ЦДХ у нас четвёртого апреля.

Дибров: — Мая.

Ольга: — Мая, мая! Ну, вот так. Я живу не на небе — на земле. Всё время всё путаю.

Дибров: — Сейчас нужно прерваться на рекламу. А потом мы вернёмся в студию, чтобы продолжать наслаждаться творчеством Ольги Арефьевой и группы «Ковчег».

(реклама)

Дибров: — У нас так уходит время, что разбираться со всеми этими страстями… вот до сих пор прям вибрирует (пейджер), будто я купил его в интиммагазине, а не в пейджерном магазине. Значит, некогда, потому что перед вами живая Мария Антуанетта нашей сегодняшней московской рок музыки, поэтому здесь даже и возиться не вокруг чего. Оля, ты хотела, чтоб я ненавязчиво спросил у тебя про Интернет. Что ты хочешь, чтобы я спросил у тебя про Интернет ненавязчиво?

Ольга: — Я хочу свой адрес сообщить. www.ark.ru. Слово ark значит ковчег. Пишите письма. И вообще там страница с текстами и всеми литературными премиями, аккордами и композиторскими изысканиями. А сейчас возьму на себя инициативу. Продолжая тему цитат, хочу сказать, что мы очень любим Умку и её сейчас цитировали в «Площади Ногина». Ещё очень любим Майка. День рождения Майка будем отмечать в кинотеатре «Улан-Батор» и петь его песни 18 апреля. А сейчас песня Умки «Девочка с бородой».

[Исполняется песня «Девочка с бородой»]

Дибров: — А у нас ведь с тобой есть ещё время на «Орландину». Попробуем? А-а-ай! Уже титры пустили, Ольга. Итак, смертельный номер. Ольга поёт-таки «Орландину», сколько успеет.

[Исполняется песня «Орландина»]

Расшифровка программы — Мария Сербинова