Живой концерт на «Нашем радио» в программе «Живые». 17 сентября 2013 г.

…человек, который поёт, должен всегда петь правду. Тогда будет всё по-настоящему… Это рискованно. Это всегда шаг в неведомое. Он всех пугает. Не только вас. Он и нас пугает. Но мы делаем этот шаг, потому что самая интересная на свете вещь для человека, это познание мира и себя…

Ведущий — Семён Чайка

— Добрый вечер, уважаемые. Вы слушаете Наше радио, как обычно, пять раз в неделю. Я это подчёркиваю для тех, кто, может быть, нас слушает сегодня впервые. В студии Нашего радио программа Живые, куда приходят живые люди

[Исполняется песня «Забор»]

(Звучат аплодисменты)

— Ну, что я могу сказать про Сахалин? — На острове хорошая погода. (смеётся) Ольга Арефьева и группа Ковчег сегодня в Живых.

— Привет.

— Рады приветствовать, категорически, не только мы, но и вся наша аудитория.

— И мы тоже рады.

— Знаете как говорят: «В зобу дыханье спёрло» у всех, кто это начал слушать только сейчас, просто потому, что это невероятно красиво, невероятно профессионально, невероятно талантливо. Я по-другому-то не могу сказать здесь.

— Ну, мы заслушались вашими комплиментами. Вы тоже красиво их говорите.

— Правда? Ну вот, наконец, нашли мы друг друга. А то всё как-то меня не могли понять, почему я столько добрых слов говорю музыкантам. А я, например, считаю, что талантливым людям нужно говорить исключительно добрые слова, как детям. Иначе у них не будет никакого желания и интереса, если, особенно, это молодые люди, потому как мы сюда зовём молодые коллективы…

— Как мы. (смеётся)

— …молодые и малоизвестные. Но. Подчёркиваю — НО. Время от времени позволяем себе звать невероятно талантливых музыкантов: серьёзных, взрослых, известных стране. Для того, чтобы тем же молодым потом было кайфово. И они спрашивают всякий раз: где стояла Арефьева? — Здесь? — Можно я тоже здесь буду стоять? Для них это важно.

— Но она сидела. Правда, стул был высокий.

— Я подпишу, что именно на этом стуле, чтобы из трех из не путать. И подставлять как раз под ту, пока ещё не очень звёздную пятую точку, которая хочет стать таковой.
Ольга Арефьева — вокал. Сегодня без гитары.

— Да. Я часто без гитары. У меня такая группа, это гораздо лучше чем гитара. Поэтому.

Сергей Индюков — гитара, Пётр Акимов — клавиши. Эгей!

— Он машет ручкой.

Сергей Суворов — бас, Андрей Чарупа — барабаны, Тимур Ибатуллин — перкуссия, Наталия Жеренкова — голос, бэк-вокал, и Анатолий Жемир — это звукорежиссёр коллектива, который сегодня сидит сложа руки, доверившись нашему Михаилу Шкаренкову. Миша, спасибо за то, что ты делаешь всё очень грамотно и качественно. Вот, собственно говоря, всех представил и надо уже начинать разговорную часть эфира.
Начали мы о талантах, так может быть о талантах и поговорим с самого начала. Я понимаю, что Арефьева, это отдельный такой материк, даже не остров, а большой материк, стоящий на очень плотной серьёзной почве…

— Со многими странами.

— …со многими странами, безусловно. Очень разнообразное творчество, очень разные песни, огромное количество альбомов, причём разноплановых, разностилистических, если по-серьёзному на это посмотреть. Но при этом никогда Арефьева себе не изменяла. Притом, что совершенно разная, совершенно бывает не похожая, как будто бы, сама на себя. Но всегда остаётся легко узнаваемой. С чем это связано?

— Я всегда делаю то, что мне хочется. Я как Мальчиш-Плохиш. Я не делаю то, что просят, требуют, то, что, может быть, правильно. Я делаю то, что правильно для меня, и это всегда доставляет мне радость.

— Угу. И удовольствие остальным. Что очень важно.

— Не взирая ни на что. (смеётся)

— Вот СМСка первая же пришла. Я читаю как есть. Кстати, я читаю все СМСки: и критические, когда будут, если что…

— И критинические. (смеётся)

— … и критинические. Но чаще всего они не критические, а критинические. Я не хочу обидеть нашу аудиторию, но у нас, к сожалению, в России (не знаю, как в других странах мира), критиковать не особо умеют. Вот в чём проблема. У нас, если человеку не нравится, он говорит: что за фуфло?! Более жёсткими словами. А объяснить, почему ему не нравится, оно не умеет. Просто не научено.

— Может там всё-таки нравится? (смеётся)

— Читаю. «Оленька, милая. Помним, любим, хотим, ждём. Ариша из Краснодара»

— Спасибо. Особенно за «хотим».

— Сегодня будут какие-то новые песни, которые поклонники могут не знать?

— Наверняка. Даже если старые, они их тоже могут не знать, потому что у нас огромное количество альбомов, и мы сами их уже не знаем, честно говоря.

— Их очень много, правда. Я даже устал считать, когда пресс-релиз смотрел.

— Я тоже устала. Считала, считала… Так и не знаю сколько у нас альбомов.

— Песен 350, наверное.

— 450. Правда из них половина только записана. Другая половина ждёт своего счастливого часа.

— Значит у нас есть радость и перспектива ожидать новых альбомов. Это же хорошо.

— Мало того. Новый альбом мы надеялись увидеть уже перед эфиром. Его везёт наш издатель Коврига. Наш альбом «Театр». Красивый жёлтенький. Может быть он ворвётся сейчас посреди песни. — Это будет знаково. И мы все вперимся в этот квадратик. Потому, что мы его не видели.

— То есть ещё пока не получили?

— Нет. Но я его делала. Я его видела очень много-много, а остальным только издалека показывала. Они в основном работали со звуком. В общем, мы ждём с нетерпением и сейчас споём песню из него. Называется «Жонглёр».

[Исполняется песня «Жонглёр»]

— Ольга Арефьева и группа ковчег сегодня в «Живых». 5283, это короткий номер для СМСок. Все ваши эмоции, впечатления, вопросы давайте сюда.
Читаю СМСки: «Заводная музычка. Лежу под одеялкой, ножкой дрыгаю. Сабина из Стерлитамака»

— Привет Сабине.

— А вот хорошо: «Класс! Голоса шикарные. А можно бэк услышать отдельно?» Вот у меня вопрос к Наташе.

— Просто пропой: ля-ля-ля.

(Наташа поёт)

— Наташа поёт в группе «Bubamara». Она у вас тут была. И она жена нашего перкуссиониста.

— Всё сдала сразу. Арефьева всё и всех сдала. Потому, что наверняка сейчас бы посыпались СМСки: какой красивый голос; а замужем ли эта девушка? Прям влюбился в голос… Но нет — она замужем. Всё, до свидания.

— Наоборот, здравствуйте. Надо любить не только за это.

— «Оля, спасибо за выступление на Нашествии. Было супер. Ждём в Питере.»

— Я только что из Питера. Можно сказать, с поезда.

— «Оля, низкий поклон за песню Дорога в рай. Переворачивает.» — Пишет Иван из Москвы.

— В гробу.

— Иван жив.

— Извиняюсь. Я шучу. У меня чёрный юмор сегодня. (смеётся)

— «Безумно люблю Арефьеву всем своим сердцем.» Сергей из города Кирова.

— Спасибо.

— «У Ольги очень приятный голос не только когда она поёт, но и когда говорит». — Сашка из Москвы.

— Угу. (принимая комплимент)

— «Странно, не ожидал, что можно влюбиться услышав только голос. Привет из Свердловска с любовью».

— Хорошо, что он меня не видел. (смеётся)

— Мне кажется — жаль. Человек в контакте может посмотреть фотографию и получать ещё эстетическое удовольствие.
Эта самокритичность, это какая черта?

— Это чёрный юмор. Да я на самом деле самовлюблённая эгоманка. Как полагается рок-звёздам.

— «Ольга, я таю от вашего голоса, как масло под горячим ножом. Как же я ждал вашего концерта в Самаре 21 октября.»

— Вы так ругали ваших слушателей, а они так вот прекрасно себя ведут. (смеётся)

— Кто? Секундочку. Не надо передёргивать. Никого я не ругал. Я говорил, что есть часть аудитории, которая…

— Её нету сегодня. (смеётся)

— А. Сегодня, видимо, они отдыхают. Слава богу.
«Думал попал в муравейник — оказалось, мурашки по коже. Классно.» — Алекс из Москвы. Ну и так далее…

— Все поэты просто. Очень приятно.

— Правда? Правда здорово?

— Да.

— Отлично. Сегодня собрались вокруг своих приёмников исключительно доброжелательные люди. Это приятно.
Евгения пишет. Это уже в моей официальной группе вконтакте. «Семён, спросите Ольгу: а будет ли ещё она когда-то делать концерт из песен Янки. Очень хорошо у неё получается перепевать их. А на тот единственный концерт я, например, не попала.»

— Без гарантии. Потому, что это было разовое мероприятие. Не собираюсь этим жить и зарабатывать. (смеётся) А как мемориальное. — Для меня это состоялось. Доставило огромную радость. Вообще я могу насчитать с десяток проектов, которые я полностью создала и могла бы до старости ими заниматься, но выступила один-два раза.

— Это Акустик-Ковчег, Блюз-Ковчег, Шансон-Ковчег..?

— Нет-нет-нет. Вот это постоянно работающие проекты. А те, которые были созданы на один день: с русскими народными песнями, цыганскими. Вот шансон наш, он стал знаменитым, но в принципе, это было где-то 5-6 концертов.

— Не жалко? Столько трудов, а потом…

— Дело в том, что многие музыканты занимаются музыкой для удовольствия. В частности я. Т.е. я получила грандиозное удовольствие. Или у нас был проект «Рояль-Ковчег». Это была грандиозная работа и очень большое удовольствие. Но постоянно повторять это мы не стали потому, что человек, игравший на рояле — Сергей Перминов, уехал зарубеж. Но для нас это состоялось. Главным делом моей жизни остаются мои песни и их я, конечно, не брошу. А всё, что связано не с моими, получается иногда, доставить радость себе и слушателям. Может быть я когда-нибудь что-то ещё повторю.

— Спасибо за такой пространный ответ. Это было очень интересно. Правда, когда погружаешься в атмосферу человеческих эмоций (я сейчас о себе говорю), начинаешь чувствовать человека лучше.
Как песня следующая называется?

— Песня называется «Почерк». Она из нового альбома.

— Вот так! Свежачок. Живой звук в программе «Живые», здесь сегодня Ольга Арефьева и группа Ковчег. Поехали.

[Исполняется песня «Почерк»]

— Птицы вокруг петь перестали. Солнце остановилось на полпути, заслушавшись тем, что происходит в этой студии. Это я говорю о той части «шарика» где сейчас день и солнце.
Ярослав Сулейманович пишет: «Неземной голос. Давно искал для себя что-то подобное, но не находил. А тут такое счастье. А вы не против, если я вашу дискографию скачаю? Простоя уже скачал, теперь мне стыдно.»

— (смеётся) Мы с не которых пор выкладываем в сеть. Уже третий или четвёртый альбом. Выкладываем на Круги.

— Я насчитал 24.

— На старые у нас не хватает рабочих рук. Чтобы такое огромное количество материала выложить. А новые альбомы выкладываем на сайт Круги. Его можно скачать, пожертвовав любую сумму, начиная с нуля. Конечно, можно и побольше. Кто как. Наш новый альбом «Театр» 21 сентября, в день моего рождения, будет презентоваться в ЦДХ, и в этот же день или на следующее утро он появится на Кругах, и можно будет его спокойно скачать во всём мире.

— Т.е. вы к этому легко относитесь?

— Что значит легко? — Мы вложили огромные силы, кровь, нервы, творчество, деньги, время, и надеемся, что это всё не зря, нужно планете, людям и нужно нам. Мы надеемся на отклик и в том числе на то, что нас будут финансово поддерживать те, кто это слушают. Другое дело, что мы не делаем это обязательным. Потому что кто богат, тот может дать много, а кто беден — может ничего не дать, но послать нам благое пожелание. Вообще, мы будем этим заниматься в любом случае.

— А вот такой постулат, что музыкант должен зарабатывать на концертах, а альбомы это как бонус тем, кто пришёл на концерт, заплатив деньги за билет. Это как?

— Такая тема бесконечная. Во-первых, у музыканта может не хватать здоровья давать бесконечные концерты. А во-вторых, для записи альбома нужно чудовищное количество сил и здоровья, и времени…

— И денег.

— … Это расчёт на то, что музыканты будут чесать по городам и весям, надрываясь, не совсем правильный. — Лучше дать концерт в хороших условиях, с хорошим звуком и светом, чем в какой-то забегаловке и без всего перед пятнадцатью человеками. Надо, чтобы это было перед пятнадцатью тысячами.

— Здесь я не только спорить не буду, просто подчеркну: пятнадцать с половиной тысяч, не меньше. Пятнадцать мало, ещё пятьсот человек сверху, как некий бонус.

— Безбилетники. (смеётся)

— Галя пишет: «Ольга, планируете ли продолжать писать книги. Ефросинья — это просто шедевр, как и Однистишия. Восхищаюсь вашей разноплановостью и количеством талантов. Признательна вам за ваше творчество.»

— Спасибо огромное за этот вопрос. Люди, которые читали и любят «Смерть и приключения Ефросиньи Прекрасной», это просто мои личные друзья. Это люди, которых я люблю больше всех на свете. Которые одолели её до конца и потом прочитали ещё раз, ещё раз, ещё раз. Эти люди со мной на резонансе очень высоком.
Это не единственная книга, которую я написали. Ещё одна — однистишия. И она сегодня выложена для скачивания на сайте Круги. Со всем оформлением, со всеми картинками. На любом девайсе это должно читаться.
Такого рода событий у нас стало так много, что я не успеваю о них писать. Например, неделю назад мы выложили «Батакакумбу» в айтюнс и на Круги.

— Это альбом?

— Альбом «Батакакумба». (смеётся) Ура!

— 1995-го года.

— И будет третья книга. Я в это верю и надеюсь. Давно уже об этом идёт речь. Книга детских стихов. Они, без ложной скромности скажу…

— Хорошие.

— Я в детстве очень любила Маршака, и до сих по люблю. И хотела бы, чтобы получилось не хуже. Но некоторые стихи точно не хуже. Плюс оформлять книгу будет моя любимая фантастическая художница Яна Клинк. Кстати, не единственная любимая. Потому, что теперь у меня появилась ещё одна любимая-прелюбимая художница — Света Дорошева, живёт в Израиле, и она сделала массу картинок для нашего альбома Театр, который мы пока ещё не видели, и по радио я вам его не покажу, но покажу здесь. У него безупречное, прекрасное, неотразимое оформление. Не могу от него оторваться. Там картины такого человека, что я просто преклоняюсь.
Так что, если бы я рисовала, я бы наверное рисовала как они. (смеётся) Но, так как, я пока это ещё не совсем умею, мне остаётся ими восхищаться. К краю платья прикасаясь с благоговеньем говорить: вот это очень хорошие художницы.

— Это к разговору о том, что талантливых людей нужно хвалить. Спасибо, Ольга. Она с таким вкусом рассказала о замечательных художницах. Лишний раз это говорит о том, что талантливый человек другого талантливого всегда подмечает.
Как называется следующая песня?

— Ох, мы так разговорились о приятном, о радостном, о детском, а песня у нас сейчас страшная, мощная, свирепая и душераздирающая. Но наш народ любит контрасты и я тоже люблю. И сейчас будет песня «Асимметрия».

[Исполняется песня «Асимметрия»]

— Напомню. Сегодня в «Живых» Ольга Арефьева и группа Ковчег — замечательный коллектив, который понимает свою фронт-вумэн с полузвука, с полуслова, помогая ей делать то, на мой взгляд, невероятно вкусное дело, которое называется качественной, живой, настоящей музыкой.
Евгений Битоков пишет: «Ну что ж. Прослушал я третью песню. Могу теперь сказать — Ох! Первое-то впечатление-ощущение, что это вообще не вживую — обработанная запись звучит в эфире…

— Мы принесли с собой, да. (смеётся)

— …Слишком ровно, слишком правильно. Ну хоть где-нибудь накосячьте.» Ну и смайлики, смайлики.

— Щас, щас, щас накосячим. Мы на самом деле накосячили, но вам про это не расскажем и не покажем где. Никто же не знает как должно быть.

— (Читает) «Отличный вокал, музыка отличная. Текст стараюсь слушать по нескольку раз, чтобы понять смысл. Ибо если текст понятен с первого раза, значит это попса. Класс, спасибо! Записываю, как всегда и позже переслушиваю!

— О! Какой критерий.

— Ой, а критериев так много. Говорят, попса, это когда много раз повторяется одно и то же слово. Асимметрия поёт — значит попса. Если текст понятен сразу — значит попса. Люди как-то странно себе выстраивают категории. Такие интересные сентенции на предмет того: что есть рок, что есть попса. Лично для меня это странно. На мой взгляд есть два вида музыки: хорошая и плохая. Либо это музыка, либо — кизяк коровий.

— О! Какое хорошее слово. Да.

— Литературное. Главное — обработанное. (смеётся)

— И обошлись без ругательств.

— А иногда очень хочется, Оль. Иногда очень хочется, когда слушаешь что-нибудь…

— По секрету, да? Трудно работать ведущим. Так хочется иногда…

— (читает) «Я только сейчас включил радио. Кто это?» — Ольга Арефьева — «К сожалению, не знаком с творчеством группы. Потрясающий голос Ольги. Нет ли в вашем творчестве русских народных песен?» — Михаил спрашивает из Павлова-Посада.

— Мы сейчас долго говорили, что они есть, но сугубо на досуге или в очень редко показываемых проектах. Потому, что своих песен так много, что долг заставляет, гнетёт. (смеётся)

— Николаев Александр из Питера пишет: «Купил ваш альбом в айтюнс. Спасибо»

— Ура!! Вот так. Знаете есть анекдот такой: Один музыкант другому говорит — никто не покупает моих дисков, а другой говорит — как это никто, я вчера лично пошёл и купил твой диск. — А! Так это был ты!

(Смеются)

— А вот давайте я сейчас обращусь к нашей аудитории с просьбой. Очень интересно, что из этого получится. Большинство из вас, или многие из вас слушают прямо сейчас в интернете и находятся около интернета. А что вам стоит зайти в айтюнс или на Круги и по ходу программы взять и качнуть себе альбомчик (песни-то классные), и отчитаться на номер 5283 кто это сделал. 50-го мы наградим. А можем мы подарить одному из наших слушателей новый альбом, который только сегодня поступит?

— Я думаю — конечно. Если его таки привезут и мы его увидим. (смеётся)

— 50-му купившему один из альбомов Ольги Арефьевой и группы Ковчег на айтюнсе, на Кругах прямо сейчас. Там же любые деньги: хоть 0 рублей, хоть рубь. Подарим новоиспечённый альбом «Театр», который вот-вот должен приехать к нам в студию. А чего, мы такие эксперименты легко можем проводить.
Давайте споём.

— Давайте. Песня называется «Мыловар». Она очень долго существовала в акустическом виде. Потом мы её не играли долго. А сейчас она перебралась в электрический формат и мы начали её с огромным удовольствием играть.

[Исполняется песня «Мыловар»]

— (читает) «Ой, мыловар! О боже!» — Юлия Победоносова. Тут же люди впадают в лёгкую истерику от удовольствия. И Орландину просят. В общем, тут всё в порядке. Не нашёл пока сообщения ни от одного честного человека. Всё говорят комплименты.

— Не провоцируйте. (смеётся)

— А что тут ещё говорить кроме комплиментов. Я не понимаю людей, которые ищут возможность за что-то укусить. Я наоборот всегда ищу за что похвалить. Мне кажется это правильней, чем кусать.
(читает) «Звук шикарен. Я первый раз слышу Ольгу, но уже думаю плотно подружиться с её творчеством». «Присоединяюсь к скачавшим альбомы» — пишет один человек. «Цена вопроса 99 рублей, а голос на вес золота.» — Пошли покупать. — «Я послушал 4 песни. Куплю альбом без всякого конкурса.»

— Ладно, может хватит про это «куплю». Давайте о чём-нибудь небесном, не только земном. Я очень ценю. Ура.

— Нормально… Я тут, понимаешь, занимаюсь продажей альбома. Надеюсь на небольшой процент какой-то. А она говорит — не надо это. Я, может быть, заработать хочу.

— Все покраснели кроме меня. (смеётся)

— Я, может, уже наконец хочу заработать на том, что я делаю в этом эфире. Хоть копеечку. (смеётся)
Петь давайте.

— Песня с альбома, называется «Смотри на этот свет».

[Исполняется песня «Смотри на этот свет»]

— Мы продолжаем, это программа «Живые». Знаете, ком у горла стоит после той песни, которая только что прозвучала. И я даже не стесняюсь своих ощущений и эмоций, просто потому, что это круто.

— Спасибо.

— Сегодня Ольга Арефьева и группа Ковчег в программе «Живые». Мы получаем несказанное удовольствие просто потому, что от этого не получать удовольствия невозможно.
И альбом таки приехал. Мы его держим сейчас в руках. Альбом «Театр» с потрясающе оформленным буклетом внутри. И сама по себе обложка роскошная. Всё очень аскетично, но в то же время очень красиво. Я понимаю восторги Ольги насчет художников. Действительно всё очень круто.

— Света Дорошева. На самом деле это была тайна до сегодняшнего дня и часа. Потому, что это была целая история, как я искала художника. Потому, что я во-первых, — перфекционист, во-вторых, я знаю, что мне надо. Это должна быть лучшая картинка на свете. И я написала в ЖЖ, что ищу человека, который нарисует лучшую картинку на свете. Мне наприсылали всякого и я схватилась за голову. И потом, когда я уже была совсем в отчаянии, когда пропахала всё информационное поле вдоль и поперёк, и наискосок, я нашла. Света Дорошева выложила массу своих картин. Я потом несколько ночей их рассматривала. В общем, так.

— Круто. Надо петь.

— Давайте.

— Что это будет?

— Это будет песня «Химеры» с этого же альбома.

[Исполняется песня «Химеры»]

— (читает) «Ужасно. Просто кошмар. Это просто ни в какие ворота. Как я мог пропустить такой прекрасный голос и услышать только сейчас.» — Вот это пишет человек из Владимирской области.

— Спасибо.

— «Здравствуйте, меня зовут Дамир. Меня разорвала предыдущая песня, а я играл на губном камузе» — Это была история про финальную песню прошлого часа. — «Люблю тоскливые песни, а сама весёлая. А что вы поёте в душе?» — спрашивает Оля у Оли.

— Иногда я пою:

«В полночь покинув Севилью,
К другу пойду –
Лильяс Пастья»

(Все заливаются смехом)

— Пошла помыться. (смеётся)

— Арии Кармен я пою, обычно.

— (читает) Человек спрашивает: «А что-нибудь тяжёлое есть? С таким голосом должно быть обязательно». — Это Денис из Иркутской области.

— Вообще я люблю любую музыку: и Мэнсона, и Нину Хаген, и Заппу, и разную странную электронщину. Но я её не слушаю. Я просто очень внимательно слушаю музыку. Люди ставят её фоном и живут спокойно. Я так абсолютно не могу. Меня музыка парализует я её могу только послушать. Поэтому я уж если включаю, то включаю. А если я просто живу, то тогда у меня молчание.

— Ты какой-то анекдот обещала рассказать в паузе.

— Про певицу сопрано. Это про меня музыканты мои рассказывают. Есть известный вопрос: сколько нужно певиц сопрано, чтобы закрутить одну лампочку?..

— Четыре, пять… сколько?

— Одна. — Она держит лампочку, а мир крутится вокруг неё.

— (смеётся) Замечательно.
Вот здесь вопрос от Максима к Ольге Арефьевой: «А часто ли вы сейчас причащаетесь, исповедуетесь. Простите, Бога ради, если не туда пишу» — он мне в личку пишет — «просто раньше Ольга ездила по святым местам. А я сам — церковнослужитель. Мне поэтому это очень важно. Не забудьте, пожалуйста, про мой вопрос.»

— Ох. Да, у меня много друзей церковнослужителей, а Пётр сейчас даже играет в группе Ихтис, которая поёт православные песни и ездит по стране. Вот сейчас они, кстати, едут в Белгород. А я держусь немножко в сторонке.

— Почему?

— Вопрос на пятёрку.

— Понятно, понятно. Дальше не пойдём. Раз такая история.
(читает) «Вокал шикарен сегодня. Нравится подобный голос и тембр. И тексты с глубоким смыслом. Звук, традиционно, хорош. Спасибо за группу.» — Павел Белобородов написал.
Вот кстати, мне что интересно. — Новый альбом, называется «Театр». 21-го числа большой концерт в ЦДХ. Правильно?

— В Центральном доме Художника.

— В честь дня рождения?

— Да. Там будет, кстати, небольшой потом фуршетик «для своих».

— А что это будет за концерт? Скажем, презентация нового альбома?

— Будет презентация, день рождения, и просто хороший концерт, открытие сезона. Можно подумать, что мы отдыхали всё лето, но вместо этого мы как проклятые записывались до последней секунды. Но тем не менее, сейчас у нас есть чувство, что что-то кончилось и что-то началось. Мы смотрим друг на друга новыми глазами. Реально, есть чувство, что открывается новый сезон, что сегодня первый концерт и мы увиделись после долгой разлуки. (смеётся) Не прошло и одного дня.

— Так приятно это слышать здесь на программе «Живые». 5283 — это короткий номер для ваших СМСок.
Вот люди отчитываются, что купили альбом. — Кто-то на Кругах, кто-то просто в торренты полез. Просто вот так, без всяких там денег.

— Где всё без нашего ведома и разрешения. Имейте ввиду. Выкладывали там чёрти-что и чёрти-как. И очень всё испортили.

— Да ладно.

— Ладно. А вот я вам открою секрет: у нас на одну песню больше. И если мы её споём — я буду очень рада. Она короткая. Длится одну минуту.

— Я понял. Это такой намёк человеку, чтобы не трындел долго. Давай петь будем тогда. Что это такое?

— Песня «Мыши». Она очень сложная для меня. А написал её наш Пётр Акимов — клавишник и виолончелист. А я написала только слова. Это песня от лица мышей из сказки Щелкунчик.

[Исполняется песня «Мыши»]

— Минута и десять. Обманули меня на 10 секунд. Но, в принципе, почти честно. (смеётся) Ладно-ладно, я шучу.
Я вот что думаю — сейчас не будем особо трещать, а будем петь сразу.

— «Мадам Баттерфляй»

— Она длинная?

— Средняя. Сейчас посмотрим. У нас же на диске всё написано. — 4:10

— Много. Не успеваем.

— «Карибы» давайте.

— Поехали.

[Исполняется песня «Карибы»]

— Иногда очень забавные СМСки приходят. И читая их задаюсь вопросом — а что, собс-но, человек имеет ввиду? Я читаю: «Мальчишки, не бойтесь, если уйдёт. Она вас переросла, когда родилась. Умничка».

— Мальчишки — может быть это программные директора? (смеётся)

— Оригинальный подход. Кстати, я с этим даже спорить не буду.
(читает) «Успехов и творческих поисков. Терпи, хвалить не буду. Не полезно. Сама поймёшь. Павел»

— Ох. Ну да. Не полезно хвалить. Чтобы не загордилась. (изображает деревенский акцент)

— Я подумал — может быть Павел — кто-то из знакомых? Есть знакомый Павел?

— У меня очень много знакомых. Павла сейчас не припомню.

— (читает) «Песни понравились очень. Порадуй меня и Вологду. Между строк скажи «Вологда».

— (смеётся)

— Т.е. в песне где-нибудь — «Ох, Вологда!».

— Это к группе Песняры.

(Смеются)

— (читает дальше) «Передайте привет Сергею из Перми. В 2012 году, акустический концерт в театре кукол. Могу похвастаться, что у меня есть альбом «Авиатор»

— Здорово.

— «Выше упоминали спектакль Алиса в стране чудес. Последняя песня, возможно, оттуда?» — Николай Сергеев.

— Оттуда, оттуда. И даже в интернете есть нарезочка как раз с этого спектакля и на эту песню, правда, в другом исполнении. — Ещё черновом.

— Аня Масленникова спрашивает: «Семён, попросите почитать одностишия, рассказать про книгу.»

— Даа, одностишия.

«Я не сдурела, я вообще такая»

Это самое цитируемое моё одностишие. (смеётся)

— Это ещё короче чем у Вишневского, как я понимаю.

— Нет, это ровно столько.

«Мадам, ваш муж мне снова изменяет»
«Уж если изменять, так сразу многим»

— (семётся) Слушайте, а чем она хуже Вишневского, ребята?

«Я слышу март по собственному мяу»

— Блеск!

— Больше не помню. В общем, сегодня же книжку выложили. Залезьте и почитайте. А потом мне расскажите.

— Ну, судя по тому, что я уже услышал, это читать надо обязательно.

«Куда ты наливаешь — это бонги»

— (очень смеётся)

— Кстати, новое, неопубликованное:

«Вы в Пизу? — Всё равно, удачно съездить.»

— (смеётся ещё сильнее) Блеск! Это надо читать. Надо эту книжку срочно покупать. Ребята, бегом на Круги покупать книгу одностиший.
(читает) «Оленька супер» — Витёк Осельков из Ленинградской области написал.

— Витёк, привет.

— «Извините, внучку спать укладывала» — Татьяна.

— Отлучалась. (смеётся)

«Привет Берхову Володе. Выздоравливай»

— Выздоравливай.

— Вот что. Если альбом называется Театр, то, судя по всему, любовь к театру есть?

— Да, это такая болезненная, мучительная, многолетняя, душераздирающая и очень интенсивная страсть.

— Как зрителя?

— Это загадка театра, будоражащая того, кто снаружи и того, кто внутри. И завеса, которая разделяет реальность и фантазию, блеск и нищету, тёмное пыльное закулисье, слёзы актёров, их усилия, их пот, маска, грим, стекающие по улыбке слёзы — это всё мощнейший образный ряд, и он мне очень близок. Это всё, что мы проживаем постоянно. Люди выходящие на сцену и люди приходящие посмотреть — это тоже мы. Мы раздваиваемся на себя и зрителя, на зеркало и того, кто отражается. Так что это волшебный и мистический альбом, в какой-то степени, с очень глубоким погружением в подсознательные человеческие дебри. Ну и при этом он площадной, весёлый, радостный, плясовой, дурацкий и иногда клоунский даже, с кувырками, кульбитами, со всякой фигнёй.

— Это говорит физик сейчас, понимаете? (обращаясь к слушателям) Я слушаю девушку, которая закончила физический факультет.

— Нет, я его не закончила, я ушла в музыкальное училище.

— Хорошо, начинала. Чтобы поступить, надо хорошо знать те предметы, которые не называются лирическими.
Ты сейчас сказала такие слова, которые меня лично не только порадовали, они окунули меня обратно, в те 20 лет, которые я уже не занимаюсь театром. Будучи ребёнком театральным…

— Кого ты играл?

— Я режиссёр театральный. У меня мама актриса, папа режиссёр. Я вырос в театральной семье. Поэтому так образно описать театр одной фразой… надо уметь. Была бы мужчиной — пожал бы руку.

— Одним альбомом. Восемнадцатью песнями. И ещё кучей песен, которые не вошли. Например песня «7,5» вошла в альбом «Авиатор» и в ней столько сказано…

— Арефьева гениальна. И мне сейчас плевать, что мне скажут те, кто не любит, когда я хвалю музыкантов. Она просто гениальна.
Петь давай. Что это будет?

— Песня «Моление». Как раз мы обещали старенькое, для того, чтобы зрители не чувствовали себя полностью огорошенными. (смеётся)

[Исполняется песня «Моление»]

— А, не буду я ничего говорить сейчас. А, никаких комплиментов не скажу. И так всё понятно, мне кажется. Совершенно очевидно. Просто очевидно. Что тут ещё можно сказать-то? Когда говоришь: Ольга Арефьева и группа Ковчег — сразу понятно, что это высочайшее качество музыки, аранжировок, текстов. В общем — круто.
(читает) Александр Олейников пишет: «Вот уж не думал, что буду писать сюда про кого-то кроме… А, не важно. Пишу от себя из юности. Ольга, огромное вам спасибо за вас и Ковчег. Моё глубинное вхождение в русский рок с женским вокалом началось именно с вашей «Дороги в рай» в 2001 году. Она даже была у меня записана на диктофон в телефоне и я слушал её перед сном, прижав трубку ухом к подушке, потому что сердце сжимало. Уверен, что я ещё познакомлюсь с вами, чтобы лично пожать руку за многое».

— Ну, обязательно. Мне, кстати, сейчас наш барабанщик рассказывал, как он её в юности слушал, как он потом играл в студенческой группе, потом играл её на какой-то сцене, и наконец он играл её уже в нашей группе. (смеётся)

— И наконец, он жмёт руку каждый день, практически.

— (смеётся) Да. Иногда получает по уху. Шучу.

— Алексей Быков: «Ольга, можете рассказать про вашу работу с Тони Левиным. Ведь это звезда мирового уровня. Как он вообще оценил ваше творчество и техническую сторону исполнения?»

— Тони Левин это кумир бас-гитаристов. — Пётр хочет сказать!

Пётр: — Та же история, что у нашего Андрюши с Олей Арефьевой, у меня с Тони Левиным. Это был кумир моего детства. Любил группу King Crimson, альбом Дисциплина. Был лучший для меня басист. И вот спустя много времени я с ним познакомился и даже участвовал в одном концерте.

— Вопрос-то был в том, как он оценил уровень работы.

Пётр: — Он плакал от песни «Глюкоза»

— Оценил.

— Он сказал, что никогда не плачет от музыки, а тут он слушал в гостинице песню «Глюкоза» и плакал. И потом мы с ним сыграли эту песню. И вообще, все про то, какой он музыкант, а я скажу — это очень красивый мужчина, очень обаятельный. В мире есть несколько в которых я могла бы влюбиться (я не стала, нет), но он, пожалуй, один из тех.

— Ну вот. Кому-то повезёт.

— Очень достойный, профессиональный, серьёзный и организованный человек, который одновременно может всё прекрасно запоминать, и при этом спокойно выпить водки с русскими. (смеётся)

— А чё же не выпить водки?

— Нет, он делает это редко. (смеётся) Но, в общем, прекрасный челорвек, который меня удивил своей стойкостью и жизнелюбием.

— А, кстати, «Глюкозу» сегодня не планировали петь?

— Что вы! Она длится шесть с половиной минут. (смеётся) И находится в запредельно высоком регистре. Мы пожалели наших зрителей, а то все мухи у них умрут. Итак уже птицы упали, жабы всплыли. Теперь ещё комарам достанется.

— Увивительный человек. Она знает как происходит всё, и что происходит после её выступления.

— Зато повысился удой и унос яиц. (пародирует деревенский акцент)

(Смеются)

— (читает) «Я влюбился в голос. Если замужем — буду страдать. Если нет, то женюсь» — Товарищ из Ленинградской области с подписью «Левин».

— (смеётся) Пришлите фотографию, товарищ Левин.

— «Честно признаться, я очень давно хотела услышать вас на Нашем и этот день настал». — Аня из Раменского.
Что будет у нас дальше?

— Та самая «Мадам баттерфляй», которую мы отложили.

[Исполняется песня «Баттерфляй»]

— Тут, мне кажется, должна быть тишина… потом вскрик в зале… а потом бурные овации.

— Кто-то упал.

— Кто-то упал. Потому, что тут надо падать в обморок. — Неожиданный финал очень. — От кайфа, от удовольствия, которое получает человек, слушая эту музыку.
(читает) «Голосистая певица. Что-то на театральное похоже». — Аслан Миязов пишет.

— Не прошло и двух часов, как мы говорим о театре.

— Аудитория, которая приходит на твои концерты, это люди, в основном, взрослые, молодые, студенты музучилищ, — кто?

— Спектр потрясающе широкий. Ходят и дети, и бабушки, и люди среднего возраста со своими детьми и бабушками, и молодёжь тоже ходит. Я в результате не знаю, кто моя целевая аудитория. (смеётся) Как вы любите на радио говорить. Она не зависит от возраста, а зависит от чего-то другого.

— На какую аудиторию тебе интереснее и важнее работать?

— Люди, с которыми у меня есть резонанс. С которыми у меня есть встреча в некоем мире идеальной энергии. Которые меня слышат, отвечают и не говорят: «Что за фигня, когда будет музыка-то настоящая, нормальная?» (кривляется) Люди, которые слышат в этом музыку. Есть закон, что обычный зритель, на 50-е повторение, кажется, начинает любить, то, что ему повторяют, что бы это ни было. А мой зритель необычный. Он безо всяких повторений, с первого раза заинтересовывается и уже это любит. Не за то, что повторяют, а просто так. (смеётся)

— Я думаю, что тот зритель, который должен ходить на концерты Арефьевой, это человек, как минимум, умеющий мыслить, как максимум — желающий мыслить. И слушать не просто музыку и тексты.

— Слушать всё время новое, а не всё время старое. Кстати.

— Пожму тебе руку, хоть и не мужчина. Вот то, что она сейчас сказала — официальное заявление Нашего радио устами Ольги Арефьевой. — Слушать надо что-то новое, искать что-то новое. Открывать новые горизонты.

— Не то, что искать. Оно на самом деле на нас катится со страшной силой, льётся с дождём и приходит с вращением земли. Новое — это объективно существующая реальность, которая на нас наползает всегда. И тот, кто всё время пытается сидеть в старом, уезжает с планеты куда-то туда — в темноту. На самом деле старая песня должна созреть, прозвучать как новая, потому, что в неё вливается современная энергия. И человек, который поёт, должен всегда петь правду. Тогда будет всё по-настоящему. Бывают артисты, которые превращаются в тиражирующие машинки, они давно ненавидят это, им давно не интересно, давно нечего сказать, но они всё время повторяют. Мне их очень жалко, потому что это тяжело и противно. А мы хотим жить радостно и весело и поэтому даже самые старые песни мы поём редко. Уж когда мы поём, мы это делаем от души.

— Знаю три десятка таких артистов, которым уже сказать особо нечего.

— Может есть, но они просто боятся остаться без зарплаты. (смеётся) Это рискованно. Это всегда шаг в неведомое. Он всех пугает. Не только вас. Он и нас пугает. Но мы делаем этот шаг потому, что самая интересная на свете вещь для человека, это познание мира, себя. И поэтому, движение в неведомое, любопытство.

— Ещё одно программное заявление Нашего радио устами Ольги Арефьевой. Я это потому вырежу отдельно и выложу у себя в группе вконтакте. Спасибо.

— После этого пылкого вступления мы сыграем старую песню, которую я написала а 87-м году.

— Обалдеть! Как называется?

— «Осень»

[Исполняется песня «Осень»]

— Вы понимаете, какая сейчас незадача. Времени у нас на всякие там разговоры ни о чём в общем-то не осталось, а запланированные песни ещё есть. Правильно?

— Давайте. Есть песенка.

— И поэтому, прежде чем попрощаемся, к моему сожалению, (потому, что прощаться не хочется и время пролетело так незаметно).
Спасибо большое! Ольга Арефьева, группа Ковчег сегодня были в этой студии. Замечательные люди. Ольга — замечательный, талантливейший человек.

— Спасибо.

— Финальная песня какая будет?

— «Намгуара». — Такой хороший парень.

— Вот и поехали. Всем до завтра. Будьте здоровы. Пока.

[Исполняется песня «Намгуара»]

Запись эфира