>

Интервью для портала «ВолгаНьюс» (Самара). 15 мая 2012 г.

…У музыкантов нет возможности особо расслабляться, вечно масса нового материала, который надо доводить до ума. Сделаешь одно, а там ещё другое, третье, которое ждёт и молчаливо требует, когда дойдут руки. Зато нам никогда не скучно. Уж на что мы не можем пожаловаться, так это на рутину.

Источник

В филармонии 14 мая с программой «Анатомия» выступила автор песен, вокалистка группы «Ковчег» Ольга Арефьева. С участником «Ковчега», виолончелистом Петром Акимовым и скрипачом Сергеем Индюковым она сыграла полный хитов, редких песен и сюрпризов театрализованный концерт.

Творчество Ольги Арефьевой не укладывается в какие-либо форматы. От природы человек одарённый, увлечённый и разносторонний, она творит в разных сферах искусства и везде добивается лучших результатов. Ольга пишет стихи, прозу, увлекается танцем, фотографией, театром. В 2003-м она создала перфоманс-группу KALIMBA, в чей одноимённый спектакль влюбилась театральная критика. Её опубликованная в 2007-м году сказочная книга «Смерть и приключения Ефросиньи Прекрасной» с саундтреком к ней была отмечена литературной премией «Астрея» и вошла в лонг-лист премии «Большая книга». Одно время Арефьева была организатором музыкального фестиваля «Поющая я», давшего дорогу в жизнь многим тогда ещё неизвестным группам, таким, как «Дети Пикассо». Но главный проект Арефьевой — группа «Ковчег», где она звучным красивым голосом исполняет мудрые поэтичные песни собственного сочинения, одинаково комфортно чувствуя себя практически в любом музыкальном стиле, будь то регги, блюз, рок, фолк или кантри. А живые выступления группы, где Ольга не только поёт, но и танцует, показывает вместе с артистами фокусы, граничат с клоунадой и театром.
В мае Ольга с акустическим составом музыкантов поехала в тур с программой «Анатомия». Первым городом стала Самара, куда Арефьева приехала впервые. Но к началу концерта из-за ливня большая часть зрителей опоздала, и почти половина зала пустовала. Пока же музыканты выступали, публика подтянулась. Красиво одетая Ольга играла не столько хиты из репертуара «Ковчега», сколько новые и малоизвестные песни, то аккомпанируя себе на гитаре, то отстукивая ритм на кастаньетах. Акимов же поочерёдно, а иногда — одновременно, играл на виолончели и фортепиано, успевая забавно гримасничать и иронично комментировать происходящее. Индюков одинаково красиво подыгрывал на гитаре и скрипке. В свойственной им артистичной манере музыканты исполняли смесь из музыкальных стилей.
В самый разгар концерта на сцене появилась артистка перфоманс-группы KALIMBA Елена Калагина. Пантомимой, танцем, а то и комичным сурдопереводом она иллюстрировала смысл песен Арефьевой, придавая происходящему вид театрально-циркового представления. Кульминацией первого отделения стала пронзительная «Асимметрия». Второе отделение получилось не менее интересным. «А сейчас будет самый смелый фокус, который я умею делать», — заявила Арефьева. И извлекла из шляпы кролика: плюшевого. А затем запела «Доставайте кроликов из шляпов». Музыканты хотели было откланяться, но вскочившая с мест публика всё не отпускала друзей. «Ну ладно, так и быть!» — сказала Ольга, и, одев вязаные напульсники, маленькую забавную шляпку, неожиданно перевоплотилась в бродягу и стала жонглировать шариками. До этого она успела красиво повертеть на кончике палочки тарелку, и поймать головой кольца. «Ух ты! Сейчас уронит», — шутя, волновался за неё Акимов, и, видя, что Ольга безупречно справляется с жонглированием, восхищался: «Ни фига себе!». А Арефьева уже запела «Купите мне на рынке картонное пальто». Публика просила ещё, и музыканты продолжали неустанно бисировать. В заключение Ольга вышла в фойе, чтобы на пару с художником Яной Клинк, иллюстрировавшей книгу Арефьевой «Смерть и приключения Ефросиньи Прекрасной», раздать фанатам автографы. Публика тоже преподнесла ей подарок — плюшевую белку из мультфильма «Ледниковый период» с приколотой запиской с благодарностями фанатов.

После концерта в эксклюзивном интервью корреспонденту «Волга Ньюс» она рассказала о разногласиях с родителями, своих учителях и фестивальном движении.

На первом концерте в Самаре Ольга Арефьева показывала фокусы

— Для вас трудным был сегодняшний концерт? Как впечатление от публики?

— Все наши выступления проходят на износ. Мы себя не бережём. У нас нет такой привычки. Аудитория прекрасная, зал очень хороший, это сразу заводит.

— Вы сегодня впервые выступали в Самаре? Как вам город?

— Да, впервые. Центр, честно говоря, напомнил мне Кубу с её осыпавшейся имперской архитектурой, уделанной граффити и объявлениями, соседствующей с трущобами. Асфальт весь в колдобинах — на роликах или самокате делать нечего. Но я вижу, что люди живут, выживают и даже ходят на концерты. Значит, не всё потеряно. Кстати, филармонии выделяется — она в прекрасном состоянии, хороший рояль, орган.

— До того, как стать музыкантом, вы поступили на физический факультет Уральского государственного университета. Вы хотели стать физиком?

— Не хотела. Это было желание родителей. Просто они сами окончили университет по естественнонаучным специальностям. По образованию папа физик, мама — метеоролог. А у меня способности к другому.

— Когда в вашей жизни произошёл поворот, и вы поняли, что музыка — ваше призвание?

— Я поняла это довольно рано, но пришлось выиграть важную для своей жизни битву. Родители были в шоке, когда узнали, что я собираюсь стать певицей. Всячески меня уговаривали — поступить на физфак, потом там остаться. Уйти с этого пути было трудно решиться. Но у меня было однозначное чувство, что это надо сделать.

— Как они сейчас относятся к вашему выбору?

— Мамы уже нет. А папа относится нормально. Он вообще человек не от мира сего. Играет в шахматы и увлечён этим делом. Больше мама волновалась, так как боялась, что её дочь ступила на такую скользкую стезю. Отец же знает, что у его дочери работа, как у нормальных людей, связанная с нагрузками, переездами и большим трудом. Это не только выступление на сцене. Сцена — вершина айсберга, результат многих физических, организационных, технических и творческих процессов, которых люди не видят.

— Одно время вы обучались под руководством Льва Лещенко. Вы сейчас с ним общаетесь?

— Я изредка звоню ему, когда у него день рождения. Вообще-то мы с ним давно не виделись. Он человек приличный, достойный, интеллигентный в хорошем смысле слова. Я училась под его руководством на заочном отделении института имени Гнесиных по классу эстрадного вокала, и мы встречались на сессиях — два раза в год. Это не совсем обучение. Это, скорее, финальная подготовка практически работающего музыканта.

— В свердловском музыкальном училище имени Чайковского вашим учителем по вокалу был Валерий Гуревич, выпускавший преимущественно оперных исполнителей. Он вас как-то ориентировал на карьеру в большой опере?

— Нет. Он обучал не только оперных, но и эстрадных исполнителей. У оперного и эстрадного пения нет принципиальных противоречий, и постановка голоса более или менее одинаковая. Просто ты больше пользуешься грудным регистром — эстрада или головным — опера. С самого начала было ясно, что у меня эстрадный голос. У меня не особенно хорошие данные в области оперного пения. Свой верхний регистр я не назову божественным, послушным, лёгким, подвижным, что необходимо для оперы. Так что об опере не шло речи, хотя лично я её с годами полюбила. Особенно люблю женские голоса. Но в молодом возрасте я не могла этого оценить. В молодости больше притягивает рок, эстрадная песня, а такой пласт мировой культуры, как опера, требует определённой зрелости восприятия.

— Как творческая личность вы существуете в нескольких ипостасях — поэт, писатель, музыкант, вокалист, артист. Какая из них для вас первостепенна? Или для вас важен творческий синкретизм?

— Да, есть некое единство. Музыканты и вообще люди искусства занимаются переводом нематериальных волн в материал, в какую-то из перцептивных сред. То, что мы передаём, — сгусток ощущений. Для того, чтобы его донести до другого человека, есть масса способов: нарисовать картину, исполнить танец, спеть песню, построить здание, написать книгу. У кого-то получается лучше одно, у другого — иное. Для меня нет принципиальной границы. Просто задействуются разные способы и центры мозга. Мне всегда нравилось всё сразу. Это, пожалуй, и мой недостаток, и достоинство.

— Скоро будет фестиваль «Рок над Волгой». Приглашали ли вас на данное мероприятие, хотели ли вы на нём выступить?

— Честно говоря, как зритель я бы туда не поехала. А в качестве музыканта меня не приглашают. В результате это проходит мимо меня. Если меня пригласят, я, пожалуй, поинтересуюсь и составлю своё мнение о данном мероприятии.

— Существует ли сейчас фестиваль «Поющая я», который вы некогда проводили?

— Нет. Честно сказать, даже забыла о нём. В своей жизни я сделала огромное количество разовых проектов. Порой мне приходит в голову какая-то бредовая идея и энергия, которую хочется реализовать. Этому порыву я всегда следую. Потом вдруг идея исчезает, энергетический поток кончается, и я совершенно не переживаю по этому поводу, потому что приходит что-то следующее. Позади у меня огромное количество проектов, которые состоялись раз или два. Можно было всю жизнь заниматься любым из них. Например, мы делали программы с русскими народными песнями. Из этого можно было сделать профессию, уровень получился достойный. Но для меня что-то состоялось, и я пошла дальше. Я даже сама не знаю, почему так, но во мне от этого что-то меняется. Я становлюсь человеком, прожившим те или иные вещи. И у меня в багаже появляются маленькие дополнительные инструментики. Это такая лисость, многомасочность. Организационные способности у меня тоже есть, но я в меньшей степени хочу заниматься фестивалями, потому что лучше вкладывать силы в свои проекты. А увлекаться оргработой — значит, по сути, обслуживать другого человека. Чужое творчество продвигать можно и из альтруизма. У меня его много. При организации фестиваля «Поющая я» был момент, когда мне было, что сказать. Было много имён, с которыми мне хотелось познакомить людей. А сейчас я вижу, что имена, которые мне нравятся, существуют прекрасно и без моей помощи. Я могу быть просто благодарным зрителем, расслабиться и наблюдать, как у людей всё хорошо складывается.

— Чем сейчас живёт группа «Ковчег»? Насколько я понимаю, это ваше главное детище и, в отличие от других проектов, оно постоянно.

— «Ковчег» живёт многообразной жизнью, он разделяет мою судьбу. У нас постоянно происходят настолько различные концерты, записи, события, что они требуют напряжённой подготовки. Это дело, конечно, нервное — всегда риск, состояние премьеры. У музыкантов нет возможности особо расслабляться, вечно масса нового материала, который надо доводить до ума. Сделаешь одно, а там ещё другое, третье, которое ждёт и молчаливо требует, когда дойдут руки. Зато нам никогда не скучно. Уж на что мы не можем пожаловаться, так это на рутину. У нас всегда фейерверк.

Георгий Портнов