>

Ничего подобного, или концерт Ольги Арефьевой в ЦДХ.

Вчерашний концерт Арефьевой и «Ковчега» состоялся в день рождения Ольги, это была акустика. Первое, что поразило – какая же она хрупкая, тоненькая, звонкая, невесомая, едва ли не бесплотная – казалось, она парит над землей и того и гляди куда-нибудь улетит вместе с клубами белого дыма из-за кулис) Девушка-призрак)

Когда я услышала ее голос (впервые вживую), то почувствовала, что внешняя я застыла, а внутренняя замолчала и превратилась в… нет, не в слух… В одно чистое восприятие… Пожалуй, изо всех концертов, на которых я была за всю жизнь, на концерте Ольги я испытала самое яркое эстетическое наслаждение, так безукоризненно прекрасно было разворачивающееся на сцене Представление (или, как сейчас модно говорить, перфоманс)), ибо Арефьева – настоящая артистка! Как, впрочем, и ее ребята — танцоры) Чистый, сильный и многогранный голос; великолепно подобранные костюмы, совсем как в театре; чудесные музыканты, творящие чудо музыки прямо на наших глазах; отличные танцоры-актеры, похожие на невиданные живые декорации, а иногда – на продолжение Олиного голоса и неслышные заключительные ноты ее песен… — все это было мне в новинку, и оттого доставило еще больше радости и миллиона других эмоций и ощущений, казалось бы, не связанных между собой…

Наиболее понравившаяся мне часть концерта – это, как я мысленно ее назвала, «Сирруф прибыл»: когда во время песни на сцене появились двое людей с рогами овнов и огромный человек-Птиц, вызвавший стойкую ассоциацию с Семургом-Сирруфом из пелевинского «Generation “P”»)))

В очередной раз подумала о том, что по-настоящему талантливые люди действительно Иные: они живут на иной частоте, имеют иную интенсивность и остроту чувств, испытывают то,что людям более-менее обычным даже не снилось, а еще – души их похожи на тоненькую-претоненькую натянутую струну, которая может выдержать вес огромной планеты, а может разорваться от слабого порыва ветра…

Я не могу сказать, что песни Ольги Арефьевой целиком и полностью пришлись мне по душе… Не раз я чувствовала, что в каком-то смысле все это – совсем не мое, но! Человеческая душа загадочна и многослойна, и в какой-то момент я ощутила — а ведь это и моя неизлечимая печаль (та самая экзистенциальная тоска, наверное)), и мое не всегда легкое сумасшествие, и моя неистребимая жажда любви, и моя невообразимая переменчивость, иногда похожая на ветреное безрассудство…

Пожалуй, главной эмоцией вчерашнего вечера была Благодарность – Ольге, за ее и-зу-ми-тель-ный, чудесный вокал.

Евгения Нарышкина